Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева изданию "DER TAGESSPIGEL"

1 декабря 2014 года
#Публикации
Назад


Санкции бьют по среднему классу

DER Tagesspiegel,
30 nov. 2014

Владимир Дмитриев, глава государственного российского банка развития, предупреждает: Запад наказывает не тех, а также дестабилизирует украинские банки.

- Вы находитесь в Германии, чтобы встретиться с Вашими немецкими деловыми партнерами. Есть ли вам еще что обсуждать?

Конечно же, да, особенно в эти трудные времена. Некоторые даже боятся, что их предприятия в России могут национализировать. Но это чепуха, этого мы не сделаем.

- Однако многие, очевидно, сейчас как можно быстрее хотят покинуть Россию, да?

Нет, это не так. Сложившаяся обстановка отпугивает предпринимателей, намеревавшихся открыть в России новый бизнес, это, к сожалению, факт. Но компании, уже прочно обосновавшиеся в России, работающие в России зачастую уже на протяжении десятилетий, наверняка из России не уйдут. Да и зачем им уходить? «Фольксваген», например, так же, как и «Вольво» и другие западные концерны, имеет в Калужской области собственное производство и очень заинтересован в его расширении. Ведь их автомобили пользуются большим спросом.

- Не опасаетесь ли Вы, что этот визит в Германию может оказаться последним – в силу того, что Вы окажетесь в списке лиц, подпавших под санкции?

Ах, знаете, я еще прекрасно помню времена «холодной войны». Я готов к любым сценариям.

- Как бы то ни было, но ЕС и США уже наложили санкции на Ваш банк. Поэтому Вы уже не можете приобретать кредиты на западных рынках капитала. Бьет ли это по банку?

Естественно. Мы теперь не можем продлить сроки истекших долларовых и евро-кредитов. Но мы государственный банк. Необходимые валютные средства нам предоставят правительство и Центробанк из своих резервов. До конца 2015 г. мы погасим внешние долги объемом около 1,4 миллиарда долларов. Так что наши кредиторы могут не беспокоиться.

- Государственный немецкий банк КфВ также заморозил свое сотрудничество с Вашим банком. Имеет ли этот факт практические последствия?

Да, о чем я очень сожалею. КфВ был для нас до сих пор очень важным партнером. Сейчас он заморозил один из наших важнейших проектов. Мы собирались совместно с Европейским инвестиционным банком создать Фонд в объеме 720 миллионов евро для финансирования производства инновационных технологий на предприятиях малого и среднего бизнеса. На этом примере видно, как санкции наносят вред совсем не тем. По идее, они должны наказать российское правительство, а наказывают обычных людей. Именно на этих самых предприятиях, развитию которых мы намеревались содействовать, работает средний класс, столь важный для стабильной демократии.

- Каковы последствия санкций для российской банковской системы в целом?

Они ей наносят серьезный ущерб, это не секрет. По оценкам министерства финансов наша экономика в результате санкций теряет около 40 миллиардов долларов в год. Те пять государственных банков, которые сейчас не могут рефинансироваться на зарубежных рынках, являются важными кредиторами российской экономики. И, к сожалению, наш собственный рынок капитала не может заменить внешние источники финансирования. Однако, не одни мы ходим в проигравших. После введения Евросоюзом санкций германский экспорт в Россию сократился на 26%. Ведь санкции – оружие обоюдоострое, и в конечном итоге оно вредит всем. Здесь я разделяю мнение Генри Киссинджера, который недавно предупреждал о том, что эскалация санкций может нанести урон всей мировой экономике.

- Совместно с остальными четырьмя государственными банками Вы подали иск на отмену санкций в Европейский суд. Действительно ли Вы верите, что судьи займут позицию, противоречащую позиции правительств?

Да, потому что обоснования, на основе которых были приняты санкции, на нас никоим образом не распространяются. В решении /о принятии санкций/ сказано, что санкции должны затронуть организации, замешанные в конфликте на Украине. Но ведь ни мы, ни другие банки не имеем к этому никакого отношения. Наоборот, у нас на Украине имеется дочерний банк, и мы оказываем поддержку украинской экономике.

- Но Ваш банк – это часть структуры российского государства, правительство которого подогревает гражданскую войну.

Несколько иранских банков, иск которых был в Люксембурге удовлетворен, - тоже государственные, как например, иранский центробанк. Но поскольку не имелось доказательств об их причастности к нелегальным сделкам, судьи Евросоюза отменили введенные против них санкции.

- Президент Путин сказал в своем интервью немецкому телевидению, что санкции в конечном итоге нанесут урон и Украине, т.к. украинские банки имеют в России задолженность в 25 миллиардов евро, по которой, не исключено, им будет предъявлен счет. Произойдет ли это?

Взаимосвязь здесь есть. Дочерним банкам российских концернов принадлежит на Украине значительная доля рынка, и они теперь также потеряли доступ к западному рынку капитала, в котором они, однако, остро нуждаются. Положение на Украине катастрофическое. ВВП упал на 7%, промышленное производство сократилось на 16%, 4/5 всех кредитов вовремя не обслуживается. Поэтому все банки, в том числе и находящиеся в российских руках, нуждаются в новом капитале. Если они не смогут его получить из-за того, что и у их собственников его недостаточно, то это поставит под угрозу всю банковскую систему Украины.

Владимир Дмитриев, 61 год. C 2004 г. возглавляет
ВЭБ, в котором начал работать в 1997 году. Доктор
экономических наук, ранее работал в МИДе
и Минфине.

- Как обстоят дела у Вашего дочернего банка в Киеве, у «Проминвеста»?

Мы тоже теряем там деньги. Тем не менее, мы продолжаем там работать. У нас деловые, профессиональные отношения с Центробанком Украины, глава которого нас заверила, что будет относиться к российским банкам так же, как и ко всем остальным.

- Россия и Украина находятся де факто в состоянии войны друг с другом, а ваш бизнес продолжается, как ни в чем не бывало?

Промышленность обеих стран тесно взаимосвязана, прежде всего в машиностроении, а также в авиационной и космической областях. Мы это финансировали через «Проминвест». Сейчас это стало гораздо сложнее, однако мы не ослабляем своих усилий. Мне лично все это очень больно. Моя жена – украинка, и мы каждый год ездили с детьми на каникулы на нашу дачу под Харьковом. Сейчас мы не решаемся туда ехать, потому что не чувствуем себя в безопасности.

- Ввергнут ли санкции Россию в рецессию?

Более серьезной проблемой являются неблагоприятная мировая конъюнктура и падение цен на нефть со 110 до 80 долларов за баррель. Одно только это нам обходится в 100 миллиардов долларов в год. Санкции лишь усугубляют положение, прежде всего из-за отсутствия инвесторов. Поэтому мы ожидаем сокращение темпов роста до 0.3% в этом году и, возможно, стагнацию в следующем. Однако, я уверен, что правительство сделает все необходимое для того, чтобы предотвратить рецессию, прежде всего, посредством инвестиций в инфраструктуру.

- Кто все это будет оплачивать?

Средства поступят из бюджета и от Центробанка. Центробанк до сих пор не предпринимал активных действий, но сейчас он предоставит банкам большие объемы дополнительных средств, чтобы финансировать такие инвестиции.

- То есть своего рода „Quantitative Easing“, как это делал и американский Эмиссионный банк?

Можно это назвать и так, но у нас эти средства пойдут в реальный сектор экономики, не на рынок акций.

- И рубль обесценился на 40%. Чем Вы это объясняете?

Курс рубля следует цене на нефть. Так было всегда.

- А не в том ли причина, что богатые продают свои рубли и переправляют свое состояние за границу? Только с марта из России «утекло» уже 128 миллиардов долларов.

Это совершенно нормальное явление. Фирмы/предприятия и торговля, которые должны оплатить импорт, подстраховывают себя и покупают поэтому доллары и другую валюту, которые они кладут в зарубежные банки.

- Прибегнет ли правительство в случае эскалации утечки капитала к мерам контроля за движением капитала?

Какая утечка капитала? Это обычные потоки платежей. Россия верна сделанному ею выбору в пользу либеральной финансовой системы, так оно будет и впредь.

- Не приходится ли вам опасаться, что рейтинговые агентства снизят рейтинг России, а тем самым и Вашего банка?

Пусть делают, что хотят! Эти угрозы беспочвенны. У России уже много лет профицит бюджета и большие резервы. Если действительно произойдет снижение рейтинга нашей кредитоспособности, то тем самым агентства лишь докажут, что их вердикты не имеют под собой никакого научного обоснования. Тогда нам придется серьезно заняться поиском альтернатив для рейтингового сервиса, может быть, совместно с Китаем.

- Российские фирмы имеют 500 миллиардов долларов внешней задолженности, из них 130 миллиардов долларов подлежат возврату до конца 2015 г. Смогут ли они оплатить свои долги, не получив новых кредитов?

Объем наших золотых и валютных резервов составляет 400 миллиардов долларов, т.е. можно прибегнуть к этому источнику. Многие предприятия, однако, в состоянии обслуживать свои кредиты за рубежом без помощи государства, т.к. они располагают за границей собственным имуществом или же могут обменять на валюту свои активы в рублях. Наши западные партнеры, однако, должны отдавать себе отчет в том, что данные кредиты предоставлялись в условиях действия правил открытых рынков капитала. Если же эти правила нарушаются, тогда кредитополучатели могут сослаться и на форс-мажор. Нам не следовало бы допускать, чтобы дело зашло так далеко.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

25 сентября 2014 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
25.09.2014, 16:50

 

Ведущий не назван

ВЕДУЩИЙ: По лентам информагентств продолжают сыпаться новости с пометкой "экономика" и "срочно", касающиеся "Внешэкономбанка". Вот, например: правительство России предоставит ВЭБу 240 миллиардов рублей, о фонде поддержки моногородов. Обо всем сейчас моя коллега Александра Суворова пообщается с главой банка Владимир Дмитриевым. Саша, мы в прямом эфире, передаю тебе слово. Добрый вечер.

Интервью

Корреспондент Александра Суворова

КОРР.: Дима, добрый вечер. Действительно, мы сейчас узнаем, как прошел сегодня наблюдательный совет здесь, в Белом доме, из первых уст. Владимир Александрович, добрый вечер.

Владимир ДМИТРИЕВ, председатель правления "Внешэкономбанка": Добрый вечер.

КОРР.: Первый вопрос у меня будет, пожалуй, самый обсуждаемый последнего времени - это докапитализация ВЭБа. Во вторник было совещание у Дмитрия Медведева. Каких договоренностей удалось достичь? Сегодня по лентам СМИ прошла информация о предоставлении 240 миллиардов рублей. Как можете прокомментировать?

Владимир ДМИТРИЕВ: Действительно, во вторник на совещании у председателя правительства, председателя наблюдательного совета нашего банка обсуждались вопросы, связанные и с возможной докапитализацией банка, и с обеспечением его ликвидностью для выполнения своих обязательств и перед кредиторами, и перед его заемщиками в рамках тех кредитных соглашений, которые мы подписали. 240 миллиардов рублей - это сумма, которая необходима банку для выполнения обязательств перед заемщиками прежде всего, российскими заемщиками, с которыми у нас подписаны обязывающие нас кредитные соглашения. На совещании было принято решение о том, чтобы оказать ВЭБу различные меры государственной поддержки для обеспечения выполнения этих обязательств. Кроме того, мы ставили вопрос о том, что государству также необходимо подумать над тем, чтобы оказать содействие "Внешэкономбанку" в погашении кредитов и облигационных займов, срок погашения которых выпадает на следующий год, а это не много, не мало 70 миллиардов рублей. Мы встретили понимание и по итогам этого совещания было дано поручение вместе с министерствами экономического блока, а также вместе с Центральным Банком рассмотреть различные варианты решения этой задачи, то есть мер государственной поддержки "Внешэкономбанку". Причем я хочу подчеркнуть, что мы в данном случае не претендуем на какую-то исключительность и, безусловно, исходим из того, что целый ряд, прежде всего банков с государственным участием, подпало под секторальные санкции и, конечно же, государство не может оставить эти банки без поддержки. Но существует понимание того, что государство должно идти навстречу банкам, оказывать им необходимую поддержку, не только банкам, но и компаниям, для того, чтобы избежать негативных последствий для их финансовой устойчивости и выполнения обязательств перед своими кредиторами и партнерами. Что касается докапитализации банка, то вопрос об этом рассматривался в том контексте, что все исходят из необходимости продолжения активной деятельности "Внешэкономбанка" по финансированию государственно значимых проектов российской экономики, поддержки промышленного экспорта, поддержки малого и среднего предпринимательства. Именно на это нацеливает нас стратегия "Внешэкономбанка" до 2020 года, которую мы собираемся представить на рассмотрение наблюдательного совета. В рамках этой стратегии и в рамках тех тенденций и развития "Внешэкономбанка", в том числе количественных показателей, мы ставим вопрос о необходимости капитализации банка с тем, чтобы выполнять ключевые показатели финансовой устойчивости. Прежде всего это поддержание коэффициента достаточности капитала на уровне не ниже 10 процентов, поскольку именно этот уровень обусловлен в наших кредитных соглашениях, в проспектах эмиссии наших облигаций, выпускавшихся на еврорынках. Так что и здесь есть понимание и озвучивались различные варианты, но цифра для начала составляет 30 миллиардов рублей, которые необходимы нам для поддержания в следующем году коэффициента достаточности капитала. Мы благодарны правительству за то, что приняты решения, и до 1 октября они будут реализованы, о конвертации субординированных кредитов, которые были размещены в размере более 6 миллиардов долларов на депозитах в нашем банке, в субординированные депозиты. Таким образом, мы сейчас имеем достаточность капитала в размере более 14 процентов, что, в общем, уверенно позволяет нам развивать нашу инвестиционную деятельность.

КОРР.: Вы уже упомянули стратегию развития до 2020 года. Каковы ее основные пункты?

Владимир ДМИТРИЕВ: Наша стратегия основана на так называемом модернизационном варианте развития "Внешэкономбанка", который предусматривает дальнейшее расширение участия в финансировании государственно значимых инвестиционных проектов. Мы уже перевыполнили к началу этого года стратегию, которую мы планировали реализовывать до 2015 года включительно, поэтому необходимо стратегию пересматривать. Но мы считаем, что вопреки негативным процессам, с которыми сталкиваемся, с которыми страна наша сталкивается, "Внешэкономбанк" должен играть наиболее весомую роль как институт развития, поэтому мы в нашей стратегии предусматриваем увеличение нашего кредитного портфеля до 2,5 - 3 триллионов рублей в 2020 году. Мы намерены, если говорить о ключевых направлениях нашей деятелности, довести поддержку российского промышленного экспорта до 750 миллиардов рублей и поддержку малого и среднего предпринимательства в среднем до 250 миллиардов рублей. Поддержка промышленного экспорта соответствует "Дорожной карте", которая принята и которую призвано выполнять и "Внешэкономбанк", и его дочерние структуры - "Росэксимбанк", который в скором времени мы будем продавать в соответствии с президентским указанию нашему агентству по страхованию экспорта. Будет создан центр кредитно-страховой поддержки, который будет работать как кредитная фабрика, поддерживающая российских экспортеров. Таковы ключевые показатели или ключевые ориентиры, к которым мы будем стремиться, как я уже сказал, мы эту стратегию рассматривали и на совещании у председателя правительства. Мы, конечно, рассчитываем на поддержку.

КОРР.: Сегодня также успело появиться, то есть накануне, много сообщений о том, что ВЭБ задумался о продаже акций "Газпрома" и "Русала". Насколько такие слухи, которые появились в СМИ, правдивы и реалистичны?

Владимир ДМИТРИЕВ: Точно не правдивы слухи о том, что мы с кем-то на этот счет ведем переговоры, а соответствие этих слухов тому, что происходит, связано лишь с тем, что мы вместе с ключевыми министерствами экономического блока представили различные варианты, которые бы улучшили финансовое положение банка, в том числе обеспечили бы его дополнительной ликвидностью. Но надо понимать, что активы, которые мы приобретали, в то время стоили гораздо выше, нежели та рыночная цена, о которой сейчас можно вести речь. Поэтому предполагается, что до 2020 года "Внешэкономбанк" совместно с экономическим блоком рассмотрит возможность постепенной реализации этих активов, но таким образом, чтобы это не влекло за собой убытки для "Внешэкономбанка". Спасибо.

КОРР.: Большое спасибо, что нашли время для интервью.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

16 июля 2014 года
#Публикации
Назад

"Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
16.07.2014, 13:37

Ведущий Марат Кашин

ВЕДУЩИЙ: Чтобы перейти к полномасштабным расчетам в национальных валютах они должны быть устойчивыми. В этом убежден глава Внешэкономбанка Владимир Дмитриев. Также в интервью нашему каналу он выразил позицию банка по "Мечелу" и "Интер РАО".

- Итак, пожалуй, главные события на форуме и здесь, на саммите BRICS, - это создание нового Банка развития и пула резервных валют. Насколько это принципиально важно? И как вы думаете, изменит ли это вообще расклад сил на мировой финансовой арене?

Владимир ДМИТРИЕВ, председатель Государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)": Если говорить о банке, не думаю, что сейчас мы вправе говорить о глобальном изменении расстановки сил на мировой арене. Поскольку банк все-таки заточен на решение локальных, но, тем не менее, масштабных задач. Для него в качестве приоритета определено финансирование инфраструктуры, потребности в которой колоссальные. По данным Всемирного банка, до 2030 года развивающимся странам потребуется финансирование инфраструктуры в размере 15 триллионов долларов. Поэтому создание банка- первая идея, которая несколько лет назад была вброшена в повестку дня саммита BRICS, и он призван решать эту задачу.

Важно, что страны договорились и об объемах, и о технических вопросах, связанных с местом расположения штаб-квартиры, с составом совета директоров. На мой взгляд, есть все основания полагать, что руководством министерств финансов, которые отвечают за создание этого банка, будет позитивно воспринята идея, которую предложили национальные Банки развития стран BRICS, о том, чтобы костяк кадрового состава нового банка формировался за счет сотрудников Банков развития стран BRICS. Ну и другая помощь, связанная с техническим оснащением банка, с прохождением стажировки сотрудников банка в национальных Банках развития. Эти идеи вполне рациональные. И мне думается, они тоже будут поддержаны.

- А как все-таки будут приниматься решения, кто будет принимать решения, каким образом, кому и на каких условиях выдавать кредиты?

Владимир ДМИТРИЕВ: Этим будут заниматься, естественно, совет управляющих и совет директоров. Банк будет руководствоваться самыми лучшими международными практиками, которые распространены в международных финансовых институтах развития, - и Всемирный банк, и Европейский банк реконструкции и развития, и Европейский инвестиционный банк, Азиатский банк развития. И соответственно, органы корпоративного управления, исходя из лучших практик, будут принимать соответствующие решения.

Главное, что страны договорились об объемах, которые каждая из них выделит на паритетных началах в уставной капитал. Объявленный капитал будет составлять 100 миллиардов долларов, оплаченный траншами - 50 миллиардов долларов.

Говоря о фонде, эта идея, может быть, даже в большей степени соответствует вашему вопросу относительно передела. По крайней мере, будет оказана серьезная поддержка и национальным валютам, и национальным бюджетам за счет формирования этого фонда. И конечно, операции, которые будут проводиться в рамках фонда, они в известной мере будут содействовать и тому, чтобы национальные валюты стали валютами расчетов в торговле и в инвестициях стран-участниц BRICS.

- А вот все-таки ряд экспертов, когда обсуждают сейчас эту идею - создание нового банка, говорят, что нужно как-то уходить от доллара и стремиться как раз к расчетам в национальных валютах. А все-таки взносы в капитал банка делают в долларах. Не противоречит ли это каким-то заявлениям?

Владимир ДМИТРИЕВ: Для того, чтобы перейти к полномасштабным расчетам в национальных валютах, нужно сделать очень многое. Во-первых, валюты должны быть устойчивые. Во-вторых, должна быть отработана схема свопов национальных валют. Но примеров того, что национальные валюты используются уже и во взаимной торговле, и в международных расчетах, достаточно. Надо вспомнить недавнюю инициативу Китая о создании крупного Азиатского банка, где идея содержит как раз предложение о том, чтобы юань был валютой расчетов, по крайней мере, в инвестиционном движении.

Что касается наших отношений с Китаем, рубль и юань уже используются в расчетах в приграничной торговле. Юань котируется на Московской валютной бирже. Так что, мы делаем вполне уверенные движения. Разумеется, надо еще много преодолеть технических, системных трудностей для того, чтобы ставить в нынешней ситуации вопрос о том, чтобы капитал формировался в долларах.

- А вот еще один важный вопрос. Как отмечают эксперты, когда, например, мы говорим о Международном валютном фонде, все-таки там выдают кредиты на достаточно жестких условиях. В том смысле, что требуют изменений в экономике в стране. Вот в нашем случае, в случае стран BRICS, две эти новые финансовые организации будут требовать чего-то подобного? Считаете ли вы, что это нужно?

Владимир ДМИТРИЕВ: Я не думаю, что такие вопросы будут стоять в повестке дня деятельности Банка развития BRICS. Поскольку предоставляемые кредиты обусловливаются жесткими мерами бюджетного порядка, макроэкономического, фискального и так далее, поскольку речь идет о стабилизационных кредитах. Но кредиты, выдаваемые на инфраструктуру, на поддержку частного бизнеса, на поддержку банковской системы, и прежде всего - средних банков, они такими жесткими мерами не обусловливаются. Я имею в виду кредиты Всемирного банка, Европейского банка реконструкции и развития. Наоборот, эти кредиты призваны, поддерживая частный бизнес, развивая частную инициативу, давать свободу предпринимательской инициативе. В данном случае я говорю о России, поскольку хорошо знаю, как это все происходит. Поэтому в работе нового банка пока у меня нет оснований полагать, что речь пойдет о мерах поддержки макроэкономической стабильности в этих странах. Хотя, поддерживая инфраструктуру, естественно, мы создаем условия и для макроэкономической стабильности. Но инфраструктурное финансирование и все то, что связано с инфраструктурой, поскольку это - приоритет, - эта общая задача. Она будет направлена не только на решение в конечном итоге задачи преодоления инфраструктурных ограничений роста, но это и рабочие места, это и индустрия, и так далее. Это взаимный интерес всех стран BRICS. И разумеется, идя к решению этих инфраструктурных задач на базе взаимного интереса, никто, конечно, какие-то жесткие условия ставить не собирается.

- Потребность во вложениях в инфраструктуру большие во всех странах BRICS. Как будет определяться, кто первый и какие проекты важнее, допустим, при заявке...

Владимир ДМИТРИЕВ: Ну, я бы не стал сейчас брать на себя роль оракула, который знает ответы на все вопросы, связанные с деятельностью этого банка. Я думаю, что и учредители банка, имея в виду министерства финансов, тоже не в полной мере пока представляют себе, как будут приниматься те или иные решения, какие приоритеты странового плана будут поставлены во главу угла.

Но, разумеется, эти задачи будут решаться по ходу формирования самого банка. Надо, прежде всего, создать банк, надо создать его штат, надо оснастить его техникой, надо принять все необходимые корпоративные процедуры, регламенты и так далее. Я думаю, что на это уйдет достаточно времени. Но по ходу, конечно, вполне разумно сразу провести инвентаризацию тех проектов, которые могли бы стать предметом совместного финансирования. И исходя из общих интересов, и приоритетов тех или иных стран, принимать окончательные решения. Но, разумеется, когда речь идет об участии в финансовом институте большого числа стран... ну, если не большого, то, по крайней мере, территории и населения этих стран составляют существенную часть глобального мира, конечно, вопрос насчет два или три-четыре не принимаются. Это потребует определенных усилий, времени и экспертизы. Но у меня есть ощущение, что опираясь на то, как лидеры наших стран шли к принятию решения о создании банка, непосредственно в его работе больших проблем не будет.

- А как вы думаете, создание вот этого Банка развития и пула условных резервных валют подтолкнет как-то все-таки реформу Международного валютного фонда, которая, в общем-то, застопорилась из-за решения Конгресса США, который просто наложил вето?

Владимир ДМИТРИЕВ: Ну, если только отменить право вето, можно было бы рассчитывать на некоторые изменения. Но коль скоро оно существует, значит, мы должны жить в этих реалиях. Но то, что создание этого пула резервных валют подтолкнет к переосознанию тех реалий, в которых мы до сих пор жили, и к мысли о необходимости иной, более гибкой системы, основанной не на одной или двух валютах, а на интересах глобальных участников, - мне кажется, вполне резонно ожидать таких результатов.

- Есть еще несколько вопросов уже ближе, скажем, совсем к российской тематике. Конечно, у всех на устах сейчас происходящее с компанией "Мечел". И последняя новость, которая была, что все-таки они смогли договориться о пролонгации по кредитам с банком "ВТБ" почти на 15 миллиардов рублей. Вот вы, со своей стороны, готовы еще рассматривать какие-то варианты и возможности найти компромисс в этой ситуации? Есть ли эти варианты?

Владимир ДМИТРИЕВ: Вы знаете, после моего публичного заявления, вслед за которым последовало заявление министра промышленности, относительно судьбы "Мечела" и целесообразности решать ее в ином формате, нежели подставляя плечо без осознания последствий для Внешэкономбанка, после этого сразу последовали выступления официальных представителей "Мечела", где они стали говорить о возможности реструктуризации, о продаже непрофильных активов. То есть, как-то в ином ключе мысль заработала. Вот мне это нравится на самом деле. Но, помимо того, что мы рассматривали, других предложений не получали. Поэтому пока наша позиция остается прежней. Это позиция не просто моя. У нас было решение правления, на котором мы выработали консолидированное мнение. Его я озвучил. Мы другие варианты пока не рассматриваем. Но если движение пошло в другом направлении - в направлении готовности коммерческих банков рассматривать вместе с "Мечелом" возможные направления реструктуризации, такие шаги можно только приветствовать.

- А на ближайшем наблюдательном совете будете обсуждать эту ситуацию?

Владимир ДМИТРИЕВ: В повестке дня ее нет.

- Еще одна история, тоже такая российская. Речь о требовании ВЭБа к "Интер РАО" исполнить опцион на выкуп акций. Цена, если я правильно помню, порядка 31 миллиарда рублей. Сейчас рыночная - около пяти. В "Интер РАО" говорят, что денег нет. Что будете делать?

Владимир ДМИТРИЕВ: Я думаю, что судебные разборки с "Интер РАО" - это самое последнее дело. Но, разумеется, списывать на убыток в нынешней ситуации мы тоже не вправе, потому что опцион предполагал совершенно определенную цену, которая существенно отличается от нынешней рыночной. Напомню, что входили мы в капитал с одной определенной целью - с тем, чтобы не увеличивать долговую нагрузку "Интер РАО" и обеспечить за счет взноса в капитал строительство профильных для "Интер РАО" объектов. В частности, электростанций. Будем разговаривать с "Интер РАО". Мы пока сделали первые шаги в направлении реализации нашего права. Но если ситуация будет складываться иначе, нежели записано в нашем соглашении, значит, будем искать некие компромиссные варианты. Но еще раз подчеркиваю, для нас любая цена, отличная от той, которая вытекает из опционного соглашения, является неприемлемой.

- Есть такое мнение, его высказывают эксперты, что это требование ВЭБа связано с неким недостатком сейчас свободных средств.

Владимир ДМИТРИЕВ: У ВЭБа?

- Да.

Владимир ДМИТРИЕВ: Мы совершенно иным руководствовались. Мы руководствовались просто своим правом и истечением срока опциона. И уж точно, уверяю вас, у нас нет такой безусловной и жесткой потребности в деньгах, любым способом получаемых, в том числе за счет, по сути дела, жестких таких "unfriendly" мер по отношению к нашим партнерам. "Интер РАО" - это наш партнер. У нас в совете директоров наши представители. Поэтому мы дорожим нашими отношениями и, разумеется, не собираемся прессинговать до такой степени, чтобы любым путем реализовывать наше право. На самом деле, это коммерческий спор. Будем решать его так, как принято в цивилизованном мире.

- И последний вопрос. Не могу не спросить про докапитализацию ВЭБа. Было принято решение, Госдума в третьем чтении одобрила законопроект. Достаточно ли тех денег, которые вы получите?

Владимир ДМИТРИЕВ: Этих денег достаточно ровным счетом для того, чтобы выйти на показатели устойчивого финансового развития и устойчивого финансового положения. Я имею в виду, прежде всего, показатель достаточности капитала. Этих денег достаточно и для того, чтобы, опять-таки в контексте достаточности капитала, создавать необходимые резервы. Поскольку мы сейчас оказались в ситуации, когда не создавая резервы по кредитам олимпийским и опираясь на поручительство "Олимпстроя", при ликвидации "Олимпстроя" мы остаемся один на один. И соответственно, даже если будут приняты какие-то корпоративные решения, а не создание резервов, наши аудиторы и наши кредиторы, те, кто имеет облигации Внешэкономбанка, прекрасно понимают текущую ситуацию, и разумеется, будут ставить нам соответствующие вопросы, на которые нужно будет правильно отвечать. Но докапитализации нас в капитал второго уровня в этом объеме будет достаточно для того, чтобы создать необходимые резервы и чувствовать себя устойчиво.

Но у нас есть стратегия, в которую мы сейчас вносим коррективы, которая предполагает рост нашего кредитного портфеля, рост активных операций, определенный пакет обязательств по инвестированию. А вот все это, особенно с учетом сужающихся возможностей финансирования наших операций на внешних рынках, будет ставить вопрос о поиске иных, альтернативных мер господдержки. Мы не говорим сейчас о докапитализации только, мы говорим о других мерах государственной поддержки, которые позволили бы банку выполнять свою миссию - миссию Банка развития, и поддерживать российский промышленный экспорт, не занимаясь вещами, не свойственными нам.

- Спасибо вам большое за интервью, за комментарий.

Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

5 июля 2014 года
#Публикации
Назад

 

ВЕДУЩИЙ: В Риме прошла встреча банков развития стран "Двадцатки", так называемая "D20". О темах обсуждения, об олимпийских объектах, а также о перспективах российской авиатехники в интервью нашему каналу рассказал глава Внешэкономбанка Владимир Дмитриев.

Мария БОНДАРЕВА: Владимир Александрович, здравствуйте.

Владимир ДМИТРИЕВ, председатель Государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности": Добрый день.

Мария БОНДАРЕВА: Вот мы с вами тут присутствуем, видим новые самолеты - такое совместное производство, ну, не производство, а оборудование России и итальянской стороны. ВЭБ также участвует в этом проекте. Вы довольны сотрудничеством с итальянцами?

Владимир ДМИТРИЕВ: Я не могу не быть доволен сотрудничеством с итальянцами, поскольку часть моего рабочего, а порой и личного времени посвящена выполнению моих функций, как сопредседателя Российско-итальянского форума-диалога по линии гражданских обществ, где предполагается развитие контактов и сотрудничества в широких областях, в том числе и в сфере экономики. Ну и это, естественно, дополняет мою миссию как председателя Внешэкономбанка, в задачи которого входит поддержка российского промышленного экспорта, развитие международного инвестиционного сотрудничества. И в этой связи, конечно, я доволен тем уровнем отношений, которые складываются с нашими итальянскими партнерами.

Мария БОНДАРЕВА: Ну, если к самолетам возвращаться, раз уж мы на их фоне стоим. Вот Внешэкономбанк кредитует мексиканскую "Interjet" для покупки наших "Superjet" и привлекает для этого других кредиторов, иностранных кредиторов. Вот насколько сложно сейчас это дается в условиях, когда может быть расширение экономических санкций против России?

Владимир ДМИТРИЕВ: Международное финансовое и банковское сотрудничество - это всегда непростая задача. Потому что нужно предложить нашим клиентам максимально привлекательные условия. Конкуренция большая. Но в проекте продвижения "Sukhoi Superjet" на международные рынки мы довольны тем сотрудничеством, которое у нас складывается с иностранными банками, и прежде всего - с итальянскими и французскими банками. Поскольку самолет - это продукт взаимодействия трех стран: России, Франции и Италии. И, конечно же, мы довольны уровнем отношений, которые у нас складываются с государственными страховыми агентствами: итальянским SACE и французским COFACE.

В данном случае я хочу в равной степени поблагодарить наших российских партнеров, которые задействованы в схеме продвижения "Sukhoi Superjet" на международные рынки, - это входящее в Группу Внешэкономбанка Агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций ("Эксар") и "ВЭБ-Лизинг" - компания, которая предоставляет лизинговые услуги иностранным покупателям этих самолетов. И конечно же, картинка, которую мы сегодня видим, - три самолета, уже готовые к отправке, первые два практически укомплектованные, третий находится в стадии комплектации...

Мария БОНДАРЕВА: Восемь уже летают.

Владимир ДМИТРИЕВ: Восемь уже летают в Мексике. Именно здесь происходит комплектация всего интерьера самолета. Здесь обеспечено порядка 200 рабочих мест на площадках, которые раньше были задействованы под другие цели. Но потом - в силу свертывания производства - люди оказались не у дел. И мы своим "Sukhoi Superjet" создаем дополнительные рабочие места и здесь, и у нас в России, потому что часть производства находится в России.

Поэтому, возвращаясь к вашему вопросу, мы, конечно же, довольны тем, как мы взаимодействуем с нашими итальянскими и французскими партнерами. И я еще раз хочу подчеркнуть, что это результат усилий не только Внешэкономбанка, но и наших дочерних структур.

Мария БОНДАРЕВА: Владимир Александрович, а к каким объемам кредитования иностранных покупателей сейчас, на сегодняшний день готов Внешэкономбанк?

Владимир ДМИТРИЕВ: Речь идет о сотнях миллионов долларов. Важно в этой связи подчеркнуть, что поставки "Sukhoi Superjet" для "Interjet", второму по величине мексиканскому перевозчику, - это сделка, которая в полной мере реализуется на базе комплексной поддержки российского промышленного экспорта. Где, как я сказал, задействованы дочерние структуры Внешэкономбанка. И задействован механизм субсидирования процентных ставок, что сделало условия, которые мы предложили мексиканской компании, вполне рыночными и конкурентоспособными. И уже восемь самолетов, вы сами об этом сказали, летают в Мексике. Причем ежедневный налет составляет порядка 8 часов - это очень хороший показатель. Самолеты не простаивают, они все время находятся в воздухе. Заказчики довольны. И именно поэтому есть надежда, что помимо 20 самолетов, которые находятся уже в твердой контрактации, еще десяток самолетов может быть закуплено нашими мексиканскими партнерами.

Мария БОНДАРЕВА: Вот Мексика покупает, Италия оснащает, оборудует, Россия производит, кредитует. А вообще на всей этой схеме как-то чувствуется сейчас влияние тех пресловутых экономических санкций, о которых постоянно говорят Соединенные Штаты, западные партнеры?

Владимир ДМИТРИЕВ: Что касается этого проекта, мы не ощущаем никакого давления, сдержанного отношения наших зарубежных партнеров. Хотя в целом, конечно же, надо сказать, что санкционный режим или, точнее сказать, реакция целого ряда зарубежных банков на глобальную ситуацию и, прежде всего, давление со стороны американской администрации, ощутима. Многие российские банки не смогли рефинансировать свои кредиты, и вынуждены были изыскивать специальные ресурсы для того, чтобы рассчитаться со своими кредиторами. Но, с другой стороны, недавние размещения в евровалютах и "Газпромбанка", и "Альфа-Банка", и Сбербанка говорят о том, что рынок для нас открыт. Российские банки, очевидно, сознательно не идут в долларовую задолженность, размещают на европейских рынках, и чувствуют себя вполне комфортно.

Но важно подчеркнуть, и в этом смысле я, конечно же, солидарен со словами министра экономического развития Алексея Улюкаева относительно того, что мы готовы к различным поворотам судьбы. И вы знаете, что в скором времени будет задействована новая схема фондирования через Центральный банк под задачи выделения "длинных" инвестиционных кредитов на развитие российской экономики. Так что и в этом смысле наши внутренние ресурсы мобилизуются для того, чтобы экономическое развитие не останавливалось.

Мария БОНДАРЕВА: Ну а вы как-то готовитесь к дальнейшему расширению санкций? Потому что, например, появлялась информация, что ваше Агентство по страхованию кредитов как раз может попасть косвенно как-то под удар, если будет принят третий пакет.

Владимир ДМИТРИЕВ: Вы знаете, если санкции будут приняты, а Внешэкономбанк находится в числе тех компаний, на которые они будут распространяться, разумеется, все наши дочерние структуры, так или иначе, окажутся под воздействием этого санкционного режима. Посмотрим... Важно, чтобы кредитование российской экономики не останавливалось. А для этого, как я сказал, и Центральный банк, и правительство, и министерства, вовлеченные в соответствующие процессы, готовы к тому, чтобы противостоять расширению санкционного режима.

Мария БОНДАРЕВА: Вы отсюда едете в Рим для участия в "D20". Скажите, что вы там будете обсуждать, что-то подписывать, какие-то соглашения?

Владимир ДМИТРИЕВ: Действительно, в Риме состоится очередная встреча институтов развития стран, входящих в "Двадцатку". Инициатива проведения подобных встреч принадлежит Внешэкономбанку. В прошлом году в Москве мы провели первую такую встречу, которая показала исключительную заинтересованность институтов развития в том, чтобы на площадке "G20" обсуждать темы, которые интересуют, и которые являются общими для институтов развития. А это, прежде всего, поиск "длинных" ресурсов для финансирования инфраструктурных проектов, это поддержка малого и среднего предпринимательства, это регуляторные правила, поскольку институты развития - это специализированные институты, они отличаются от коммерческих банков. Соответственно, мы ведем речь о том, чтобы и регуляторы к нам относились иначе. Поскольку наша задача - привлекать "длинные" ресурсы для того, чтобы кредитовать на льготных условиях.

Мария БОНДАРЕВА: Получается?

Владимир ДМИТРИЕВ: Получается. Достаточно посмотреть на то, как мы работаем. И что важно в этой связи: в рамках этого диалога мы переходим к обсуждению совместных проектов. Ведь раньше наши западные партнеры - банки развития Франции, Италии, Германии - в основном делали акцент на поиск совместных ресурсов для кредитования инфраструктурных проектов в Европе. Теперь они открыты для того, чтобы обсуждать вопросы, связанные с "длинным" кредитованием различных проектов и в России. И конечно, для нас это представляет исключительный интерес.

Так что завтрашняя встреча обещает быть интересной. Она проходит под эгидой наших партнеров из Австралии. Но организатором выступил Европейский инвестиционный банк. Мы рассчитываем на весомый успех этой встречи с точки зрения дальнейших договоренностей.

Что касается подписания соглашений, мы в рамках "D20" ничего не планируем подписывать, кроме коммюнике, отражающего наши общие задачи по финансированию инфраструктуры, по поддержке малого и среднего бизнеса, по предложению условий для специального отношения к банкам развития со стороны национальных регуляторов. Но вне рамок этой встречи мы рассчитываем подписать несколько соглашений с нашими итальянскими партнерами, которые нацелены на привлечение ресурсов от итальянских банков, для реализации совместных проектов в России.

Мария БОНДАРЕВА: Владимир Александрович, я желаю вам тогда хорошо слетать. Но напоследок у меня к вам есть еще один вопрос. Вот появилась информация, что Внешэкономбанк, который прокредитовал строительство олимпийских объектов в Сочи на 248 миллиардов рублей, рассчитывает на компенсацию государства в случае банкротства своих заемщиков. И якобы просил правительство заложить в бюджеты лимит на 2015-й и 2017 годы. Так ли это?

Владимир ДМИТРИЕВ: Мы не отходим от согласованных совместно с правительством и инвесторами условий. Действует мораторий на погашение задолженности до конца 2015 года. То есть мы не настаиваем ни на погашении процентов обслуживания долгов, ни на погашении основного долга по тем проектам, которые финансировались за счет ресурсов Внешэкономбанка.

Во-вторых, с учетом ликвидации "Олимпстроя", естественно, встает вопрос о том, каким образом мы вместе будем, что называется, закрывать эту тему. Потому что до сих пор действует поручительство "Олимпстроя". При его ликвидации, соответственно, возможность даже с точки зрения баланса закрывать потенциальные убытки у Внешэкономбанка отсутствует.

Поэтому мы ставим вопрос не о том, чтобы немедленно нам в полном объеме государство что-то компенсировало. Вопрос ставится о том, что совместно с государством, с инвесторами мы должны искать пути решения этой непростой задачи. Поскольку известно, что часть проектов является расчетно-убыточными. Мы специально выдержали это время, взяли мораторий на то, чтобы посмотреть, как в течение двух лет будут эксплуатироваться и продаваться, если речь идет об апартаментах либо о гостиницах. И в конечном счете, достаточно ли будет денежного потока для того, чтобы рассчитываться с Внешэкономбанком. Эта работа идет.

Мария БОНДАРЕВА: А как оцениваете?

Владимир ДМИТРИЕВ: Ну, пока с осторожным оптимизмом. Поскольку уже появились интересы и у частных лиц, и у ряда компаний, у министерств по приобретению тех или иных объектов. Но еще раз говорю, оптимизм у нас осторожный. Поэтому, так или иначе, конец 2015 года (время же быстро летит) не за горами, и, разумеется, мы должны быть готовы к различным сценариям. Но еще раз подчеркиваю, это работа совместная и Внешэкономбанка, и инвесторов, и правительства. Поэтому мы рассмотрели, и я в своем письме председателю правительства предложил рассмотреть разные варианты, начиная от, что называется, напрямую поддержки Внешэкономбанка либо субсидирования ставок инвесторов с тем, чтобы... мы готовы идти на реструктуризацию долгов с тем, чтобы для них нагрузка долговая была посильна. И я думаю, что в конечном итоге мы придем к нормальному варианту, который приемлем для всех - и для государства, и для инвесторов, и для Внешэкономбанка.

Мария БОНДАРЕВА: Спасибо вам большое за интервью.


 

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу «Россия 24»

23 апреля 2014 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
23.04.2014, 11:27

 

ВЕДУЩИЙ: Эфир нашего телеканала продолжит интервью с главой Внешэкономбанка Владимиром Дмитриевым.

Мария БОНДАРЕВА: Владимир Александрович, здравствуйте.

Владимир ДМИТРИЕВ, председатель государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)": Добрый день, Маша.

Мария БОНДАРЕВА: Владимир Александрович, мы с вами встречаемся накануне собрания Ассоциации финансовых институтов Азиатско-Тихоокеанского региона. Внешэкономбанк стал полноправным членом этой Ассоциации в прошлом году. Уже в этом году встреча проводится здесь, в Москве. Для России этот год начался не совсем просто. В связи с этим, какие основные темы будут затронуты на этой встрече?

Владимир ДМИТРИЕВ: По крайней мере, подтверждено участие 90 институтов из различных стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Причем, из многих стран финансовые институты развития будут представлены на уровне руководства. Одновременно мы констатируем, что европейские страны, международные финансовые организации направляют своих представителей на уровне среднего управленческого звена. Но, тем не менее, это тот рабочий уровень, который позволяет нам не только поддерживать партнерские отношения, но и решать многие серьезные задачи из сферы бизнеса.

Мария БОНДАРЕВА: А на тематике дискуссий та геополитическая ситуация, которая сейчас складывается, как-то отразится?

Владимир ДМИТРИЕВ: Посмотрим, как будут развиваться дискуссии в ходе заседаний рабочих групп, пленарного заседания, которое запланировано на четверг. Но наши контакты с нашими партнерами говорят о том, что, прежде всего, мы сконцентрируемся на обсуждении вопросов, относящихся неизменно к главной повестке дня институтов развития. Это финансирование инфраструктурных проектов, фондирование наших активных операций, поддержка малого и среднего бизнеса. Тема малого и среднего бизнеса актуальна абсолютно для всех стран Азиатско-Тихоокеанского региона. На сессии, которая будет посвящена этой теме, мы сконцентрируемся на обсуждении темы поддержки малого и среднего бизнеса в странах Центральной Азии.

Мария БОНДАРЕВА: Вот как раз на фоне санкционного режима сейчас и Россия смотрит в сторону Азии. И мы видим масштабные делегации правительства Российской Федерации, которые сейчас планируют ехать в Китай. Запланирован визит Владимира Путина. Насколько, скажем, для Внешэкономбанка этот рынок сейчас перспективен, интересен в плане сотрудничества? Есть ли какие-то планы на этот рынок?

Владимир ДМИТРИЕВ: Для нас этот рынок и сотрудничество с банками развития в этом регионе представляет и представлял неизменный интерес. И важно подчеркнуть, что, например, с Банком развития Китая у нас сложились традиционные, десятилетиями проверенные, тесные отношения. То же самое можно сказать и о сотрудничестве с нашими южнокорейскими партнерами. С китайскими банками неизменно тесные отношения, позволяющие, в том числе финансировать крупные индустриальные проекты в нашей стране. И неслучайно, если возвращаться к сотрудничеству с Китаем и его финансовыми институтами, одной из первых инициатив, после создания Российского фонда прямых инвестиций, было создание с Китайской инвестиционной корпорацией совместного фонда в размере 2 миллиардов долларов, который будет ориентирован на инвестиционную поддержку проектов, реализуемых в Дальневосточном регионе нашей страны. Я думаю, что одним из главных вопросов в ходе визита нашего президента в Китайскую Народную Республику будет инвестиционное сотрудничество и кредитно-финансовые операции, которые российские банки проводят со своими китайскими партнерами.

Мария БОНДАРЕВА: Мы с вами говорим про Азию, как про альтернативный рынок в сложных условиях для ведения бизнеса с западными партнерами. И у меня к вам вопрос по поводу санкционного режима, о котором мы с вами говорили. Вот сейчас появилась информация, что, например, ВЭБ не может реструктурировать кредит у американских и европейских банков на 2,5 миллиарда долларов. Вообще, насколько сейчас в условиях политической и экономической нестабильности российским банкам будет трудно обслуживать свои внешние долги и привлекать, соответственно, с Запада новые средства?

Владимир ДМИТРИЕВ: Действительно, мы столкнулись с ситуацией, когда синдицированный кредит, привлеченный три года назад у большого числа международных банков, и европейских, и американских, и японских, кредит, который мы должны были гасить в конце апреля этого года, но рассчитывали на его рефинансирование, будет погашен в полном объеме. Это не вынужденная мера, а наша реакция на то, что условия, которые нам предложили банки, нас не устраивают. Ряд банков вовсе отказался от рефинансирования, очевидно, реагируя на введенные санкции. Мне думается, что кто-то из них вовсе побежал впереди паровоза. И в этой ситуации мы сочли целесообразным погасить кредит и не создавать ни у кого неоправданных иллюзий по поводу того, что мы любой ценой готовы взять деньги на зарубежных рынках банковского финансирования.

Параллельно с этим мы сталкиваемся с тем, что многие банки, в том числе и участвующие в этом синдикате, активно выходят на нас, предлагают финансирование не на клубной, а на двусторонней основе, в том числе предлагая связанные кредиты, зная, какие проекты мы реализуем.

Мария БОНДАРЕВА: А какие это банки?

Владимир ДМИТРИЕВ: Это и европейские банки, прежде всего, это японские банки, это международные финансовые организации. В данном случае я хочу привести в качестве последнего свидетельства того, что тема взаимодействия и сотрудничества жива, и мы намереваемся дальше ее развивать, выводя на конкретные договоренности, - подтверждение готовности со стороны Европейского инвестиционного банка, а это крупнейший инвестиционный банк Евросоюза, развивать с нами сотрудничество не только в инфраструктурной сфере, поддержке малого и среднего бизнеса, но идти и дальше на реализацию совместных проектов в России в индустриальной сфере. Это неизменность наших отношений с крупнейшим мировым банком развития. И с национальным, KfW в Германии. Мы рассчитываем на то, что Фонд поддержки малого и среднего предпринимательства России, о котором мы договорились, будет запущен. Но одновременно мы дали понять нашим партнерам, что даже в отсутствие финансирования со стороны немецкого банка развития мы свои обязательства, собственные обязательства Внешэкономбанка, будем выполнять, наполним фонд соответствующим капиталом. И он будет работать в интересах акционерной поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства.

Мы также рассчитываем на то, что в мае ежегодная встреча, или ежегодное собрание, Европейского банка реконструкции и развития станет хорошей площадкой для того, чтобы, с одной стороны, объяснить нашим коллегам ситуацию в России и вокруг России, наше видение этих процессов, а с другой стороны, выйти на договоренности, которые бы воплощались в конкретные дела и сферы нашего взаимоотношения с нашими партнерами на Западе.

Мария БОНДАРЕВА: Также еще шла речь, что в докапитализации ВЭБа будет принимать участие и российский Центробанк.

Владимир ДМИТРИЕВ: Мы на эту тему речь не ведем. Тем более что российский Центробанк для нас не является регулятором. Учредитель нашего банка - это правительство. Поэтому, если вести речь о докапитализации, то основной ресурс - это бюджетные и иные источники. Сейчас основная тема, которая находится на обсуждении в достаточно продвинутом состоянии, - это конверсия депозита размещенных средств ФНБ в капитал второго уровня. Мы рассчитываем, что в конечном итоге получим средства в размере около 200 миллиардов рублей, что позволит нам, прежде всего, с той же динамикой развивать наши активные операции, кредитовать российский бизнес, участвовать в капитале, инвестировать в ключевые секторы российской экономики.

Мария БОНДАРЕВА: А также появлялась еще информация о том, что ВЭБ будет закладывать какие-то инвестпроекты и нерыночные активы…

Владимир ДМИТРИЕВ: Если вернуться к вашему вопросу по поводу Центробанка, то мы действительно, как и, впрочем, другие банки, в том числе и с государственным участием, ведем практический диалог с Центробанком о том, чтобы кредитный портфель, который у нас существует, и кредиты, которые мы выдаем под государственные гарантии, могли бы быть обеспечением в получении средств у Центрального банка. Центральный банк объявил, что он не будет ограничиваться кредитами до года, а инвестиционные проекты, которые предлагают для рефинансирования российские банки, будут рефинансироваться на срок до трех лет. И мы рассчитываем, что станем тоже участником вот этой программы поддержки со стороны Центрального банка.

Мария БОНДАРЕВА: Если говорить о поддержке российской экономики, Внешэкономбанк вместе с Минпромторгом решили создать фонд на 30-50 миллиардов рублей для кредитования российских промышленников по ставке не выше 5%. Как продвигается эта работа сейчас?

Владимир ДМИТРИЕВ: Эта идея вытекает из предложенного нами нового подхода к использованию бюджетных средств на реализацию федеральных целевых программ, федеральных адресных и инвестиционных программ, где, по нашему мнению, есть серьезные источники для повышения эффективности. Мы - не единственные, кто говорит о том, что целый ряд программ неэффективно реализуются, средства используются не всегда целевым образом, завышаются сметы, мы становимся свидетелями "недостроев" или вовсе отсутствия даже технико-экономических обоснований тех или иных программ. Поэтому мы предлагаем Внешэкономбанк... И в данном случае мы ничего нового не изобретаем. В свое время "Промстройбанк" работал в той же логике. Мы предлагаем Внешэкономбанк как главный финансовый инструмент инвестиционной политики, как банк развития, для того, чтобы провести инвентаризацию ряда подобных программ. У нас есть глубокое убеждение в том, что мы можем обеспечить их реализацию на возвратной основе. Но для этого вместо того, чтобы тратить в огромных количествах бюджетные средства... Я условные цифры называю. Скажем, программа стоит 100 миллиардов рублей, а мы говорим: дайте 20 миллиардов рублей в капитал Внешэкономбанка и мы поднимем заемные средства, обеспечим вам и целевое использование, и технический, и финансовый аудит, и качество исполнения, реализации того или иного проекта в рамках программы. Отсюда родилась идея создания вот этого фонда. То есть, Внешэкономбанк получает бюджетные средства, они дают возможность за счет увеличения капитала поднимать дополнительные ресурсы с рынка. Но поскольку для нас эти средства бесплатные, мы можем в рамках выделяемых нами заемных средств минимизировать процентную ставку до того уровня, который становится конкурентоспособным и с иными возможностями, которыми обладают российские промышленные предприятия. В частности, привлечение средств из-за рубежа. То есть, мы вполне становимся конкурентными. И самое главное, мы обеспечиваем необходимую себестоимость для российских предприятий в ключевых отраслях экономики. Вот в этом, собственно, и замысел формирования подобного фонда - обеспечивать льготное финансирование приоритетных государственных промышленных программ.

Мария БОНДАРЕВА: Поговорим о показателях самого Внешэкономбанка. Накануне банк отчитался за 2013 год. Активы выросли почти на 14%, кредитный портфель - на 23%, чистый процентный доход - на 23 % также. Но при этом чистая прибыль сократилась вдвое. Как вы объясните такие результаты? И в связи с ситуацией, которую мы сейчас наблюдаем, какие планы на 2014-й?

Владимир ДМИТРИЕВ: В данном случае мы ведем речь о финансовой отчетности по международным стандартам - это МСФО, где консолидируются балансовые показатели всех структур, входящих в Группу Внешэкономбанка. Соответственно, кто-то сработал хорошо, кто-то - плохо. Либо рыночная ситуация изменилась, и например, наши дочерние банки вынуждены были в больших объемах создавать резервы под кредиты, которые они вынуждены были рефинансировать или реструктурировать. Но, тем не менее, прибыль у нас 8,5 миллиарда, что мы считаем вполне успешным итогом нашей работы. Важно, что при непростой макроэкономической, при непростой глобальной экономической ситуации банку и нашим структурам удалось наращивать кредитный портфель. Мы серьезно продвинулись в том, чтобы отношение в наших активах кредитных операций и операций с другими средствами все-таки формировалось в пользу выдаваемых кредитов. И теперь это практически 60%, если говорить в целом по группе. Мы серьезным образом повысили эффективность нашей совместной с дочерними структурами деятельности в области ликвидности, в сфере управления рисками таким образом, чтобы на корпоративном уровне эта деятельность подчинялась единым стандартам. А отсюда и такие результаты.

Понятно, что мы живем в той ситуации, в которой живут все. Понятно, что она непростая. И мы сталкиваемся, и я думаю, что экономически мы будем испытывать на себе давление рынка, с проблемами обслуживания кредитов, что неизбежно ведет к созданию резервов и ухудшению отдельных балансовых показателей. Но в целом я считаю, что результаты, которые были обнародованы, вполне адекватно отражают динамику развития Внешэкономбанка и его дочерних структур.

Мария БОНДАРЕВА: Спасибо вам большое за это интервью.

Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.

Назад

Электронный офис клиента в разработке

Закрыть
Написать письмо
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше имя
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваш e-mail
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше сообщение
Не заполнены следующие обязательные поля: Я соглашаюсь на обработку персональных данных
Ваше сообщение отправлено.
Оставить отзыв

Нам важно знать ваше мнение, чтобы сделать нашу работу еще лучше

Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше имя
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваша организация
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваш e-mail
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше сообщение
Не заполнены следующие обязательные поля: Я соглашаюсь на обработку персональных данных
Ваше сообщение отправлено.
Для повышения удобства работы на сайте используются файлы cookie. Cookie - файлы, содержащие информацию о предыдущих посещениях веб-сайта. Вы можете запретить использование cookie в настройках браузера.