Оптимистическое предложение

1 декабря 2008 года
#Публикации
Назад

Максим Рубченко, редактор отдела экономики журнала «Эксперт»

Со следующего года российские экспортеры несырьевой продукции смогут страховать политические и коммерческие риски своего бизнеса во Внешэкономбанке


Петр Фрадков
Фото: Олег Сердечников

Несмотря на кризис, в начале ноября правительство одобрило «Внешнеэкономическую стратегию Российской Федерации до 2020 года». Документ, в частности, предусматривает осуществление широкой программы государственной поддержки несырьевого экспорта. Основную роль в этом деле поручено выполнять ВЭБу. О том, какую именно помощь и на каких условиях смогут получить отечественные экспортеры, «Эксперту» рассказал член правления — заместитель председателя Внешэкономбанка Петр Фрадков.

— Внешэкономбанк сейчас фактически стал ключевой структурой по реализации антикризисных мероприятий правительства. Сохраняет ли ВЭБ при этом свою традиционную деятельность по финансированию долгосрочных проектов в экономике?

— Новые обязательства по поддержке экономики, возложенные на банк правительством, конечно же, требуют от нас больших временных и трудовых затрат. Но, несмотря на антикризисные задачи, мы продолжаем работать как банк развития, ни на минуту не останавливая нашу основную деятельность по инвестированию в инфраструктуру, промышленные проекты и прочее. Кризис кризисом, но эти направления как были, так и остаются для нас приоритетными.

В частности, есть ряд проектов в энергетическом машиностроении и в сфере транспорта, которые завязаны на европейских партнеров и требуют финансирования в евро для оплаты поставок оборудования из Европы. Чтобы обеспечить финансирование этих проектов, мы в начале ноября привлекли синдицированный кредит на 335 миллионов евро. В принципе это несколько необычно, поскольку раньше все синдикации в основном делались в долларах. Но в данном случае выбор валюты был продиктован нашей потребностью в финансировании упомянутых выше проектов именно в евро. Что касается суммы, мы не ставили перед собой задачи привлечь рекордный кредит, потому что деньги предназначались для конкретных проектов.

В последние годы, когда рынок был позитивным, привлечение синдикаций было достаточно распространено. Так, с началом кризиса одним из последних российских банков, кому удалось привлечь синдицированный кредит, был Сбербанк (около двух месяцев назад). Мы закрыли синдикацию в первых числах ноября, когда условия на рынках стали значительно жестче, что говорит о сохраняющемся за рубежом солидном запасе доверия к нашей стране в целом.

В синдикации участвовали несколько крупных банков из Европы, Японии и США. Так что она получилась очень интересной даже с точки зрения географии. Это крайне важно и как сигнал рынку — что он еще живой, что публичные сделки можно заключать даже в сегодняшних сложных условиях. Ставка — отдельная история. Кредит взят на три года по плавающей ставке — EURIBOR + 0,75 процента. Фактически это докризисный уровень ставок. Достаточно вспомнить, что в 2006 году мы привлекали синдикацию по ставке LIBOR + 0,35 процента, а в 2005 году была наша первая синдикация — LIBOR + 0,9 процента. Сейчас таких ставок просто нет, это уникальные условия для сегодняшней ситуации.

— Почему сейчас, в разгар кризиса, стала актуальной тема поддержки экспорта?

— Поддержка экспорта — это нормальная государственная политика, существующая во всем мире. И я уверен, что она должна становиться актуальнее именно в разгар кризиса. Тем более что речь уже давно шла о необходимости продвижения несырьевого экспорта, потому что развитие экономики независимо ни от чего все равно в значительной мере базируется на экспорте. Еще на стадии создания нашей корпорации вопрос о необходимости поддержки государством машинно-технического экспорта в разных формах встал достаточно остро как отдельная тема. Нюанс заключается в том, что если раньше у нас была монополия на внешнюю торговлю, то в условиях масштабной либерализации возобладала точка зрения, что ни поддерживать, ни стимулировать внешнюю торговлю не нужно, что, мол, бизнес сам со всем разберется. Но практика показала, что это не так, да и опыт даже самых демократических стран свидетельствует, что при либеральной внутренней экономике уровень протекционизма во внешней торговле, равно как и уровень административной и финансовой поддержки экспорта, только растет. Хотя внутри страны — да, пожалуйста, конкуренция и равные условия для всех.

Поддержка экспорта и с экономической, и с геополитической точки зрения очень важная вещь, государство должно здесь бизнесу всячески содействовать и многие вопросы помогать закрывать. В первую очередь финансово. Но не только. И поэтому при создании корпорации было понятно, что конкретными инструментами поддержки государством экспорта могут стать несколько направлений.

Помимо традиционных операций по предоставлению предэкспортного финансирования Внешэкономбанк осуществляет финансирование экспорта промышленных товаров, предоставляемое в форме «кредит покупателю» или «кредит банку покупателя», финансирование проектов с участием российских подрядчиков и поставщиков оборудования. Это дополняет уже существующий инструмент поддержки экспорта с использованием механизма государственных гарантий, предоставление которых осуществляется Росэксимбанком, входящим в группу Внешэкономбанк.

В дополнение к этому было принято решение создать более гибкий коммерческий механизм, а именно структуру, которая имела бы достаточные ресурсы для того, чтобы брать на себя часть страновых рисков заемщика. Вот так мы и начали работать. И, надо сказать, старт был достаточно тяжелым.

К настоящему времени Внешэкономбанком подписано рамочное соглашение на 300 миллионов долларов с Банком развития Казахстана. Мы кредитуем его под конкретные проекты по поставкам различных видов российской промышленной продукции — это в первую очередь машины, оборудование, то есть продукция с достаточно высокой степенью добавленной стоимости. Подобные соглашения у банка есть со странами СНГ, среди которых Белоруссия и страны Центральной Азии.

— Экспорт какой продукции вы поддерживаете?

— Согласно закону «О Банке развития» Внешэкономбанк осуществляет финансирование экспорта промышленных товаров и поддержку экспорта промышленной продукции. Сырьем мы не занимаемся — ни нефть, ни зерно, никакие другие биржевые товары под наше кредитование не подпадают. Наша зона ответственности — только продукция с существенной долей добавленной стоимости.

Второе направление нашей работы по поддержке экспорта — гарантии, которые выставляет не государство, а мы сами. Например, гарантии возврата аванса: экспортеру, как правило, предоставляется аванс в размере 15 процентов стоимости контракта, и, если заказчика что-то не устраивает и аванс не возвращается, мы берем эти издержки на себя. Или, например, принятая процедура, когда экспортер должен пройти тендер, выставив для этого тендерную гарантию. А если тендер им выигран, то предоставить гарантию исполнения контракта. Вот мы-то эти гарантии и предоставляем.

Замечу, что с чисто банковской точки зрения здесь ничего специфического нет, такие документарные операции делают любые банки. Но тут главный смысл не в инструменте как таковом, а в условиях. Если стандартная документарная операция — это срок в один год, ну два, то у нас есть сроки гарантий и на пять лет, и на десять. По сути, это серьезная альтернатива обычному долгосрочному кредитованию.

— В начале следующего года Внешэкономбанк планирует запустить еще один механизм поддержки экспорта. О чем идет речь?

— Это совершенно новый для нашей страны инструмент — страхование экспортных кредитов от коммерческих и политических рисков. До сих пор он в нашей стране не работал из-за отсутствия необходимой нормативной базы. Когда готовился закон «О Банке развития», было принято решение, что именно на его базе будет создана структура, призванная заниматься страхованием экспортных кредитов.

Мы начали разработку внутренней нормативной базы для страхования экспортных кредитов, но достаточно быстро поняли, что в рамках нашей нынешней структуры заниматься этой деятельностью очень сложно. Потому что банковская и страховая деятельность — это все-таки разные виды бизнеса, функционирующие во многом по разным законам и правилам, требующие совершенно разной методологии, подходов. Поэтому было принято решение, что работа по страхованию экспортных кредитов от коммерческих и политических рисков будет вестись на базе дочерней банковской структуры — специализированного агентства. Что, кстати, соответствует зарубежной практике.

Задача создания агентства по страхованию экспортных кредитов и инвестиций нашла свое отражение и в одобренной правительством на одном из недавних заседаний «Внешнеэкономической стратегии Российской Федерации до 2020 года». В начале следующего года мы планируем начать активные операции по страхованию экспортных кредитов.

Правда, чтобы механизм функционировал четко и эффективно, потребуется доработка и принятие новых законодательных и иных нормативных правовых актов. В настоящее время мы уже начали необходимую работу, но она требует времени, причем достаточно большого.

Уже принято постановление правительства, определяющее порядок и условия осуществления банком страхования экспортных кредитов. Там все достаточно четко регламентировано: страхуется риск российских экспортеров или банков, которые кредитуют зарубежное юрлицо и несут риск этого юрлица; страхуется также риск самого предприятия, если оно без привлечения банка поставляет на экспорт свои товары с рассрочкой платежа. Указано, что срок страхования может составлять от двух до пятнадцати лет, четко прописан перечень страхуемых коммерческих и политических рисков. Там также прописано, что страховая сумма по договорам страхования по коммерческим рискам не превышает 95 процентов суммы экспортного кредита, а по политическим рискам — 100 процентов суммы экспортного кредита. Внешэкономбанк возмещает экспортеру или банку-кредитору до 95 процентов убытков, возникших в результате наступления страхового случая. Сто процентов не возмещается, чтобы у предприятия или банка был экономический стимул самим адекватно оценивать риски, то есть для ответственного экономического поведения.

В соответствии с зарубежной практикой обязательства агентства по договорам страхования должны быть гарантированы средствами федерального бюджета. Данная практика будет взята на вооружение и в России.

— Сейчас у нас основа экспорта — сырье, а ваши планы подразумевают надежду на развитие несырьевого экспорта. Это реально в сегодняшних условиях?

— Это не столько надежда, сколько задача. Потому что все равно у нас несырьевой, машинотехнический экспорт есть. Я не говорю, что это какие-то прорывные, инновационные технологии. Это продукция металлургической промышленности, станкостроения, авиапрома, химической и лесоперерабатывающей промышленности, тяжелого и энергетического машиностроения — тех традиционных отраслей экономики, которые нельзя отнести к разряду инновационных, но которые всегда формировали и, я надеюсь, будут формировать основу нашей несырьевой экономики. Все равно мы имеем здесь устойчивые позиции.

Проблема не в том, что эта продукция изначально неконкурентоспособна. Просто сегодня на всех мировых рынках требования к техническим характеристикам предъявляются во вторую очередь. На первый же план выходят финансовые условия, которые предлагаются поставщиком. И только этот комплекс — сама продукция плюс условия поставки — создает конкурентоспособное предложение. Наша продукция на самом деле часто не хуже и дешевле зарубежных аналогов, но непроработанность финансовых условий ставит под вопрос наши победы на тендерах. Мы исходим из того, что спрос на такую продукцию однозначно есть, так что наша задача — правильно все скоординировать и организовать.

— А к заемщикам, российским экспортерам, какие вы предъявляете требования?

— Любая российская компания может получить такое страхование, причем объектом может быть не только разовая поставка товара, но и целый проект за рубежом, например строительный. По объемам тоже нет никаких ограничений. Мы просто смотрим экспортный контракт как таковой, сами оцениваем риск данной страны, реализуемость этого контракта. Нами уже подготовлены порядок и правила оценки рисков — три толстенных талмуда.

Эти правила и условия давно разработаны в рамках Организации экономического сотрудничества и развития — ОЭСР. В рабочую группу ОЭСР по экспортным кредитам и гарантиям входят экспортные агентства и банки крупнейших стран — членов организации, представители национальных министерств финансов или экономики. Россия, не являясь в настоящее время членом ОЭСР, входит в группу в качестве наблюдателя, и мы не так давно присутствовали на одном из ее заседаний вместе с представителями Минфина и Минэкономразвития РФ.

Документы, регулирующие гарантирование и страхование экспортных кредитов, разрабатывались годами, написаны целые тома, поэтому не надо изобретать велосипед — необходимо просто адаптировать их под свою специфику с учетом национального законодательства. Что мы делаем и будем делать в дальнейшем.

И сейчас в рамках страхования экспортных кредитов готовится первый проект, связанный с выходом на рынок нового гражданского самолета Sukhoi Superjet 100. Этот проект интернациональный: кроме российских компаний значительную долю там занимают итальянские и французские фирмы. Самолет имеет хорошие перспективы не только в России, но и в Европе, Америке, по всему миру. В рамках работы по поддержке гарантирования глобальных продаж этого самолета наш банк, французская компания страхования внешней торговли COFACE и итальянское экспортное кредитное агентство SACE подписали совместное трехстороннее заявление о сотрудничестве при создании интегрированной схемы финансирования и сострахования международных продаж гражданских самолетов нового поколения SSJ-100. Повторюсь, это будет первый практический шаг в работе нашего экспортного агентства.

— Как будут определяться ставки тарифов? Не станут ли эти ставки запретительными для некоторых компаний?

— Нет. Страхование экспортных кредитов — это коммерческая деятельность. Мы не собираемся через тарифы что-то регулировать — кто может экспортировать свою продукцию, а кто не может. Мы будем принимать решения, исходя исключительно из соображений финансовой целесообразности и оценивая контракт заемщика по многим факторам: куда он собирается поставлять свою продукцию, каково финансовое положение поставщика, способен ли он выполнять обязательства по контракту, каковы условия этого контракта, поможет ли этот контракт увеличить влияние той или иной российской компании на мировом рынке. И если с учетом всех этих условий и факторов расчеты покажут разумный уровень риска, то с какой стати мы будем отказывать в принятии риска на страхование?

При этом мы базируемся на реальных ставках, которые действуют в мире. Методики известны: берется стоимость контракта или проекта, математически оценивается риск, и потом применяются соответствующие поправочные коэффициенты, учитываются конъюнктурные моменты. На основе известных и апробированных методик определяется страховая премия. Ее итоговый размер согласовывается с клиентом.

Не зря считается, что в экспортных агентствах, как правило, работают самые мощные аналитики — не только специалисты по конкретным отраслям, но и политологи, и экономисты. В идеале экспортное агентство — это мощнейшая аналитическая структура, которая, даже будучи частной, уполномочена на осуществление своей деятельности государством.

— Вы уверены, что в связи с развитием кризиса ваши планы не потеряют актуальность?

— Абсолютно уверен в этом.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка Владимира Дмитриева телеканалу "Вести 24"

30 октября 2008 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Вести-24", ВЕСТИ/ИНТЕРВЬЮ, 29.10.2008, 14:43, 18-35

Ведущий не указан

ВЕДУЩИЙ: Федеральная служба по финансовым рынкам рассчитывает на поддержку "Внешэкономбанка" для регулирования отечественных торговых площадок. И какие меры для этого собирается предпринимать "Внешэкономбанк", в интервью нашему каналу рассказал председатель этой кредитно-финансовой компании Владимир Дмитриев.

Владимир Александрович, здравствуйте.

Владимир ДМИТРИЕВ, председатель "Внешэкономбанка": Здравствуйте.

ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, вы сказали, что сегодняшняя положительная динамика на российском фондовом рынке - это результат поддержки "Внешэкономбанка". Прокомментируйте, пожалуйста, подробнее.

Владимир ДМИТРИЕВ: Я не думаю, что мы были единственным игроком на сегодняшних торгах, но наше участие в конце рабочего дня уверенно продемонстрировало, что наличие такого сильного игрока способствует укреплению рынка и поддержанию его на уровне роста. "Внешэкономбанк" уже порядка 10 дней осуществляет операции на российском фондовом рынке за счет ресурса, который ему выделен из Фонда национального благосостояния. Свои действия мы ежедневно согласовываем с министерством финансов, как по объемам наших операций, так и по тем бумагам, по тем заемщикам, в которые средства инвестируются. Мы тем самым обеспечиваем диверсификацию Фонда национального благосостояния, его работу в интересах российского фондового рынка, и одновременно решаем задачу по поддержанию стабильности нашего фондового рынка и обеспечению стабильности финансовой системы в целом.

В отдельные дни участие "Внешэкономбанка" в интересах поддержания этой стабильности и роста котировок ощущалось весьма весомо.

ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, а можете вы сказать, каков объем вашего участия - участия "Внешэкономбанка", и кого вы поддерживаете на рынке?

Владимир ДМИТРИЕВ: Из 175 миллиардов рублей, которые предназначены из Фонда национального благосостояния для операций на российском фондовом рынке, мы привлекли из Минфина и, соответственно, разместили на рынке порядка 20 миллиардов в акциях и около 5 миллиардов рублей в облигациях надежных российских эмитентов.

ВЕДУЩИЙ: То есть это не прихоть спекулянтов, а планомерная поддержка?

Владимир ДМИТРИЕВ: Да, мы руководствуемся одним главным соображением - целенаправленно работать на фондовом рынке для поддержания его стабильности.

ВЕДУЩИЙ: Я хотела у вас спросить: не повлияет ли наделение "Внешэкономбанка" дополнительными полномочиями и те действия, которые вы сейчас вынуждены предпринимать в условиях финансовой нестабильности, на вашу основную задачу - развитие ключевых отраслей экономики России? Ну, а судя по тому соглашению, которое было сегодня подписано Судостроительной корпорацией, это вам не грозит сейчас?

Владимир ДМИТРИЕВ: Мы, действительно, сейчас живем в ситуации повышенного напряжения наших сотрудников, потому что на нас возложены дополнительные, до этого несвойственные деятельности "Внешэкономбанка" задачи, главная из которых - это реализация дополнительных мер по поддержанию финансовой устойчивости в нашей стране, и в этом смысле - работа на фондовом рынке. Но при этом мы, разумеется, не оставляем в стороне нашей текущей, профильной для нас деятельности, определенной законом и меморандумом по финансовой политике. И сегодня мы подписали соглашение с Объединенной судостроительной корпорацией, которая формализует наши отношения и определяет основные направления нашего сотрудничества, связанные с глубокой модернизацией нашего судостроения, как гражданского, так и работающего на интересы укрепления обороноспособности страны и выполнение программ в сфере военно-технического сотрудничества. Это многопрофильная программа, но это, естественно, не единственный партнер, с которым мы работаем, из тех ключевых отраслевых направлений, которые определены для нашей деятельности, - это и авиация, это и космос, это связь, высокие технологии, рациональное использование природных ресурсов, это инфраструктура. Разумеется, с учетом той нестабильной финансовой обстановки, в которой мы живем и вынуждены считаться, часть программ будет приостановлена временно. Это связано и с вопросами ликвидности, и возможностью фондироваться по приемлемых для наших клиентов ставкам.

ВЕДУЩИЙ: Какие конкретно программы будут сейчас, на этом этапе, приостановлены?

Владимир ДМИТРИЕВ: Прежде всего, речь пойдет о инвестпрограммах, которые находятся в стадии первичной проработки, поскольку те проекты, по которым уже приняты решения и правлением банка, и наблюдательным советом - в сфере инфраструктуры, в сфере высоких технологий, в сфере рационального использования природных ресурсов, - они будут реализованы. При том что финансирование для них обеспечивают зарубежные кредиторы, поставляя и оборудование, и беря риск на сам проект. Это крупнейшие японские банки, это банки из Западной Европы... То есть, несмотря на кризис, доверие к России, к "Внешэкономбанку", к надежным заемщикам остается устойчивым, и это залог того, что многие проекты из тех, которые были утверждены нашими органами корпоративного управления, будут реализованы.

ВЕДУЩИЙ: И лишнее подтверждение тому - те 335 миллионов евро, которые вам удалось привлечь в рамках синдицированного кредита у пула иностранных банков. Как вам это удалось, на какие цели будут потрачены эти деньги?

Владимир ДМИТРИЕВ: Мы над этой синдикацией работали в течение нескольких месяцев. Не скрою, что объем привлечения мог быть и больше, если бы не сложная ситуация с ликвидностью в целом на международных рынках. Но для нас, с точки зрения тех операций, которые предстоит фондировать, для нас этот объем является оптимальным. Мы частично закрываем открытую валютную позицию по евро, образовавшуюся в начале этого года, но основная цель, естественно, этого привлечения состоит в кредитовании тех операций, о которых я уже говорил.

ВЕДУЩИЙ: Ну, а с конкретными направлениями вы пока не определились?

Владимир ДМИТРИЕВ: Нет, мы определились с конкретными направлениями. Это, прежде всего, инфраструктурные проекты, причем мы исходим из того, что, с учетом трудностей, которые сейчас испытывают металлургические компании, строительные компании, реализация ряда крупных инфраструктурных проектов, заложенных в основу стратегии развития транспорта, начнет финансироваться опережающими темпами.

ВЕДУЩИЙ: По каким критериям будут распределяться те 50 миллиардов долларов, которые выделены "Внешэкономбанку" для рефинансирования задолженности российских компаний?

Владимир ДМИТРИЕВ: Критерии установлены наблюдательным советом. И он заложены в порядок, который также был принят наблюдательным советом и размещен на сайте "Внешэкономбанка". Но главные критерии состоят как в количественных, так и в качественных параметрах. Говоря о количественных параметрах, это кредиты на одного заемщика, не превышающие 2,5 миллиарда рублей, но наблюдательный совет вправе принимать и иные решения. Это рефинансирование кредитов, привлеченных до 25 сентября этого года. Это заимствования перед иностранными кредиторами. Ну, и одно из ключевых обстоятельств, один из ключевых критериев состоит в том, что рефинансируется та задолженность, неисполнение обязательств по которой грозит серьезными экономическими и социальными последствиями, утратой актива российского, последствиями с точки зрения системообразующего характера деятельности тех или иных предприятий.

И наш наблюдательный совет принял решение по целому ряду заемщиков, задолженность которых подлежит рефинансированию, объем составляет чуть менее 10 миллиардов долларов. Это первоклассные заемщики, оказавшиеся, в силу в целом неблагоприятной ситуации на международных финансовых рынках, перед угрозой потери их активов.

ВЕДУЩИЙ: Эти заемщики - те нефтяные компании, которые изначально обращались за помощью?

Владимир ДМИТРИЕВ: Да, разумеется, в приоритете стоят те заемщики, обязательства которых - срочное погашение в ближайшее время.

ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, а что касается помощи банкам? "Внешэкономбанк" уже приобрел "Связьбанк", вчера наблюдательный совет одобрил покупку "Глобэкс"... Можно ли здесь ставить запятую и говорить о том, что это политика и стратегия "Внешэкономбанка" сейчас?

Владимир ДМИТРИЕВ: Я бы отнес эту деятельность, скорее, к непрофильной деятельности "Внешэкономбанка", но такова уж судьба нашего института, что даже если бы его не было, его нужно было бы придумать на случай вот таких непредвиденных обстоятельств. Если говорить о "Связьбанке", то платежеспособность, финансовая устойчивость этого института обеспечена стопроцентно. Мы получили ресурс из Центрального банка, мы задействовали свою собственную ликвидность для того, чтобы помочь "Связьбанку" восстановить платежи. И мы видим, что, безусловно, отток средств клиентов прекратился, и, более того, все традиционные сферы бизнеса, которым "Связьбанк" занимался, проходят на нормальном, нормальном профессиональном повседневном и устойчивом уровне. Когда речь идет о пенсионных перечислениях 15 миллионов пенсионеров, тут не до шуток.

По "Глобэкс-банку" мы также намерены серьезно взяться за восстановление его репутации и восстановление финансовой устойчивости. Мы не видим больших серьезных проблем, разумеется, при поддержке со стороны Центрального банка, в том, чтобы восстановить доверие к этому банку, но ситуация там, с уверенностью можно сказать, контролируемая.

ВЕДУЩИЙ: Ну и последний вопрос: что будет с пенсионными накоплениями? В безопасности ли они сейчас?

Владимир ДМИТРИЕВ: Я готов отвечать только за государственную управляющую компанию...

ВЕДУЩИЙ: Естественно. 90 процентов.

Владимир ДМИТРИЕВ: За "Внешэкономбанк". За третий квартал мы - одна из немногих, если не единственная, управляющая компания, которая показала положительный результат с точки зрения доходности вложений пенсионных средств. Мы последовательно работали над тем, чтобы наша инвестиционная декларация была расширена, имея в виду возможность инвестировать средства в высоколиквидные и надежные облигации российских эмитентов, голубые фишки. Мы рассчитываем на то, что наше предложение по расширению декларации за счет инвестирования в ипотечные бумаги, не гарантированные государством, также будет принято и поддержано в конечном итоге нашими законодателями, и, кроме того, нам будет разрешено деньги, свободные средства в размере до 20 процентов размещать на депозитах в банках, что, с одной стороны, увеличит доходность, а с другой стороны, позволит дополнительную ликвидность предложить нашему межбанковскому рынку. И вот только сегодня мы обсуждали с нашими коллегами на российско-китайской встрече, на деловом форуме возможность использования пенсионных накоплений или накопительной части пенсионных средств для инвестирования в инфраструктурные облигации, которые могут выпускать надежные российские заемщики, типа "Транснефти", других компаний, которым требуются большие инвестиции и на длинный срок. Мы уверены, что средства будущих пенсионеров, которые дойдут до своих собственников в 2022-м году, за это время будут надежно размещены, без потерь и с достаточной доходностью.

ВЕДУЩИЙ: Ну, будем надеяться. Желаем успехов. Спасибо.

Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо. Спасибо.

Назад

Электронный офис клиента в разработке

Закрыть
Написать письмо
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше имя
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваш e-mail
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше сообщение
Не заполнены следующие обязательные поля: CAPTCHA
Не заполнены следующие обязательные поля: Я соглашаюсь на обработку персональных данных
Ваше сообщение отправлено.
Оставить отзыв

Нам важно знать ваше мнение, чтобы сделать нашу работу еще лучше

Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше имя
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваша организация
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваш e-mail
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше сообщение
Не заполнены следующие обязательные поля: CAPTCHA
Не заполнены следующие обязательные поля: Я соглашаюсь на обработку персональных данных
Ваше сообщение отправлено.
Для повышения удобства работы с сайтом ВЭБ.РФ использует cookies (файлы с данными о посещении сайта). Продолжая пользоваться сайтом, Вы принимаете Условия обработки пользовательских данных посетителей сайта ВЭБ.РФ и выражаете свое согласие на сбор и обработку персональных данных о Вашей активности на сайте ВЭБ.РФ в соответствии с Политикой обработки персональных данных. Вы можете запретить использование cookies в настройках Вашего браузера.