Чек-аут. Премьер разрешил мелким торговцам отказаться от кассовых аппаратов.

23 апреля 2009 года
#Публикации
Назад

"Российская газета"
Центральный выпуск №4895 от 23 апреля 2009 г.
Елена Кукол, Пьер Сидибе

 

Перед тем как приехать на Всероссийский форум по малому и среднему предпринимательству, организованный минэкономразвития, ВЭБ и Опорой России, во вторник вечером на закрытом совещании Владимир Путин одобрил меры поддержки бизнесу. На следующий день главе Белого дома было чем поделиться с участниками мероприятия.

Правда, сначала Путин пояснил значение этой "разновидности" бизнеса для государства - "гибкий, мобильный, способный быстро перестраиваться под запросы рынка и являющийся солидной частью российской экономики". А главное, именно индивидуальные предприниматели, по мнению премьера, сформируют массовый и устойчивый средний класс. "Очевидно, чтобы сохранить и развить этот существенный потенциал, мы должны оказать вам эффективную поддержку", - председатель правительства тянул до последнего. Прежде чем раскрыть все антикризисные карты, Путин напомнил об увеличении финансовой помощи малому бизнесу: по линии Внешэконом банка - 30 миллиардов рублей плюс 10,5 миллиарда рублей из федерального бюджета. Были отменены избыточные полномочия органов внутренних дел, а также принят закон о защите прав юрлиц и индивидуальных предпринимателей при проведении госконтроля, который начнет действовать не с 1 июля, как планировалось, а с 1 мая. Эта инициатива родилась, кстати, во время отчета Путина перед Думой, причем от него самого.

Первой и одной из самых эффективных мер, вызвавших аплодисменты зала, стало решение предоставить право использовать упрощенную систему налогообложения предприятиям с доходами до 60 млн рублей. Сейчас "упрощенка" действует в отношении годового дохода в 30 млн рублей. "Понятно, что это связано с определенными потерями для бюджета - около 100 млрд рублей. Кроме того, возникает опасность дробления предприятий. И все же мы должны пойти на этот шаг", - произнес Владимир Путин. Повышение порога, по его мнению, компенсирует бизнесу издержки, которые появятся в результате перехода с 2011 года от ЕСН к страховым взносам с повышением ставки до 34 процентов с нынешних 26 процентов.

Ко всему прочему предпринимателей, уплачивающих налог на вмененный доход, освободят от необходимости использования контрольно-кассовой техники. "А то у нас бывает, что кассовый аппарат стоит дороже, чем продаваемый товар", - считает Путин, добавляя, что права потребителей можно защитить, если использовать более простую технику или вообще выписывать чеки вручную. Работу над этим законопроектом правительство вкупе с Думой завершит до 1 июля.

Глава правительства призвал ускорить размещение госзаказа на электронных аукционах и снизить с 5 до 2 процентов требования по обеспечению заявки на участие в них малых предприятий. "Будут существенно пересмотрены стандарты закупочной деятельности естественных монополий и госкорпораций. При этом преференции получат поставщики российских товаров", - отметил премьер. Одновременно правительство отдаст не эффективно используемые ГУПами помещения в аренду предприятиям по доступным ставкам. Въехав на новую площадь, бизнесмены получат льготные тарифы на присоединение своего оборудования к электросетям. Согласно подписанному Путиным накануне постановлению при подключении мощности до 100 кВт разрешается вносить только авансовый платеж в размере 5 процентов от стоимости услуги с правом беспроцентной рассрочки на 3 года. Причем подключать должны будут в течение полугода.

Впрочем, на этом перечень проблем не заканчивается. Пожалуй, главным препятствием для развития малого предпринимательства по-прежнему остается слабая доступность кредитных ресурсов. Причина такого положения вещей кроется в нехватке залоговой базы, убежден Путин. Поэтому правительство решило дополнительно к прежним 3,5 млрд рублей направить еще 15 млрд рублей на пополнение региональных гарантийных фондов. Помимо этого более 1,5 млрд рублей пойдут на субсидирование процентной ставки по кредитам малым предприятиям. А в целом воспользоваться займами до 1 млн рублей каждый, обозначенными программой микрофинансирования, смогут в этом году около 20 тыс. предприятий. В довершение всего власти впервые намерены выдать гранты, или, как назвал их Путин, безвозмездные субсидии, 15 тысячам стартующих предпринимателей - по 300 тыс. рублей каждому.

Владимир Путин также обратил внимание на то, что высокие ставки по займам толкают малый бизнес на невозврат денег. Хотя в банковской сфере неразрешимых проблем нет, считает премьер, все же объем невозвращенных кредитов будет только возрастать. Поэтому правительство будет настаивать на снижении ставок, особенно теми банками, которые получают госпомощь. И конечно, речь ни о каких 25 процентах идти не может. "В конечном счете мы должны построить целостную систему финансовой поддержки предпринимателей - от грантов до банковских кредитов",- заявил Владимир Путин, пообещав подумать над новыми налоговыми послаблениями для малого бизнеса через 3 года. Зал зааплодировал.

подробности

Некоторые меры по поддер жке малого бизнеса будут запущены даже раньше, чем планировалось. Уже с 1 мая, а не с 1 июля фактически нач нет работать закон, регламентирующий проверки малых предприятий, обещал первый вице-премьер Игорь Шувалов.

Вчера к диалогу с бизнесом на Всероссийском форуме по малому и среднему предпринимательству подключились практически все руководители экономического блока правительства. Многие вопросы, поставленные предпринимателями, решались, что называется, с ходу. Например, представители малого и среднего бизнеса теперь смогут войти в конкурсные комиссии, которые занимаются распределением государственных и муниципальных заказов. Это предложение предпринимателей вчера поддер жали глава минэкономразвития Эльвира Набиуллина и руководитель Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев.

Такое сотрудничество бизнеса и власти снизит коррупционность и келейность в работе комиссий и увеличит шансы предпринимателей получить заказ. А деньги на кону стоят немалые. По подсчетам Набиуллиной благодаря доступу к государст венному и муниципальному заказу ежегодно малые предприятия смогут зарабатывать до 1 триллиона рублей.

Закон, напомним, предусматривает, что на них должно приходиться не менее 20 процентов заказа.

А по оценке Артемьева малый бизнес сможет выиграть до 80 процентов таких контрактов. Не исключено, что уже в этом году будет принята и еще одна норма, открывающая малому бизнесу доступ к заказам. В том же режиме, что и госзакупки, будут проводиться конкурсы на заказы естественных монополий. На них, считает директор департамента госрегулирования в экономике минэкономразвития Андрей Шаров, малый бизнес сможет заработать еще один триллион рублей.

Что касается проверок, то по закону визиты контрольных органов на малые предприятия не должны быть чаще одного раза в три года, а внеплановые проверки - только с санкцией прокуратуры. Бизнес ждет вступления в силу этого документа с нетерпением и уже сейчас завалил прокуратуру жалобами на многочисленных контролеров. Поэтому прокуратура и решила приступить к реализации своих функций по санкционированию проверок уже в мае. В регионах уже созданы специальные рабочие группы, отслеживающие ситуацию, рассказал первый заместитель генпрокурора Александр Буксман. И добавил, что со следующего года прокуратура будет вести еще и реестр всех проверок.

Сигналы, что ситуация для малых предприятий действительно улучшилась, должны появиться уже в ближайшие месяцы, надеется Игорь Шувалов. А для нерадивых чиновников, которые своими действиями либо бездействием наносят урон бизнесу, существуют административные меры воздействия, напомнил первый вице-премьер. Чиновников просто дисквалифицируют, причем запрет занимать кресло может быть введен на несколько лет, предостерег Шувалов.

Но не все так безоблачно. "Все хотят поддержать малый бизнес. Но ситуация развивается не так, как ожидается. И эти желания не трансформируются в быстрый рост малого и среднего бизнеса", - обострил дискуссию ведущий сессии Андрей Шаронов. И задал этот вопрос помощнику президента Аркадию Дворковичу. Тот в свою очередь четко выделил четыре направления, которые, по его мнению, тормозят развитие малого бизнеса и не дают работать уже принятым хорошим законам.

Первый недостаток: большое количество в законодательстве так называемых отсылочных норм. То есть законы приняты вроде бы хорошие, но существует еще множество нормативных актов, инструкций, которые не дают реализовать их в полной мере. Вторая проблема, считает Дворкович, это реакция на сигналы, которые посылает власть. После того как президент призвал надзорные органы "не кошмарить" бизнес, ситуация на какое-то время улучшилась, привел пример Дворкович. Но время прошло, и, видимо, об этом сигнале забыли. Третье направление - стимулирование бизнеса, у которого должны быть хорошие мотивы расти и развиваться. Сейчас, как только предприятие подрастает до определенного уровня, налоговая база на него сразу увеличивается. Кстати, президент уже дал поручение разработать переходный период и компенсационные меры для малого бизнеса, работающего по упрощенным режимам налогообложения, при замене единого соцналога страховыми выплатами, сообщил Дворкович. И наконец, последнее направление - это контроль за реализацией принятых решений. Здесь тоже уже идет работа над ошибками. Буквально на днях президент дал поручение проверить деятельность органов исполнительной власти, занимающихся контролем бизнеса, на предмет наличия у них коррупционных связей. А в ближайшее время, добавил Дворкович, должны быть внесены предложения по оптимизации функций контролирующих органов, чтобы они не дублировали друг друга и не создавали лишних проблем бизнесу.

Но в любом случае, для того чтобы малый бизнес развивался, нужны деньги, заметили предприниматели. В этом году их поддержка по программе Внешэкономбанка увеличена против прошлогодней в три раза и составит 30 миллиардов рублей. Но пока эти деньги в ВЭБ не пришли. Но и тут, как оказалось, готовится решение, которое поможет предпринимателям, рассказал глава Внешэкономбанка Владимир Дмитриев. По его словам, не дожидаясь перечисления денег из федерального бюджета, ВЭБ обратится за этими средствам в Центробанк. Как рассчитывает Дмитриев, предприниматели смогут получать кредиты из этих средств по ставке 16-17 процентов годовых. Всего же в этом году объем поддержки малого и среднего бизнеса с участием ВЭБа может составить 100 миллиардов рублей.

Итог дискуссий подвел первый вице-премьер Игорь Шувалов. В последнее время, заметил он, была проделана большая работа по поддержке малого и среднего бизнеса. Но взятые темпы, сориентировал он чиновников, не надо терять. Правительство будет следить, как работают уже принятые решения. И, постоянно отслеживая ситуацию, определять, какие еще шаги должны быть сделаны навстречу бизнесу, обещал Шувалов.

Налоговая тема, судя по всему, тоже найдет свое продолжение. Шувалов, правда, не стал обнадеживать предпринимателей планами по снижению фискального бремени. Здесь задача состоит в следующем: с одной стороны, фискальная система должна стать более прозрачной и универсальной, а с другой - параллельно следует расширять перечень видов деятельности для работы по патенту. К тому же в перспективе, по словам Шувалова, России надо будет переходить к таким общепринятым в мире формам поддержки малого бизнеса, как субсидирование процентной ставки по кредитам и предоставление грантов.

Елена Кукол

Назад

Бизнес не может строиться исключительно на создании долговых пирамид

15 апреля 2009 года
#Публикации
Назад

Газета «Коммерсантъ»
№ 67(4122) от 15.04.2009 
 
Интервью взяла Елена Ъ-Киселева 

 

С началом мирового финансового кризиса Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк, ВЭБ) превратился в антикризисного управляющего в масштабах всей российской экономики. Получив от правительства широчайшие полномочия, ВЭБ занялся рефинансированием внешних долгов российских компаний, поддержкой фондового рынка, выдачей субординированных кредитов и даже санацией двух банков, оказавшихся в предбанкротном состоянии. О том, во сколько обошлись государству антикризисные мероприятия и почему с начала года ВЭБ отказался от реализации двух из них, "Ъ" рассказал председатель банка ВЛАДИМИР ДМИТРИЕВ.


— На какой период пришелся пик антикризисных мероприятий, в реализации которых был задействован ВЭБ?

— Пик пришелся на осень. Работы у нас и наблюдательного совета прибавилось. Тогда же банку был выделен и основной финансовый ресурс. В контексте антикризисных мер правительства у нас появилось несколько новых направлений деятельности. В это время мы активно занимались и рефинансированием внешних долгов компаний, и выдачей субординированных кредитов, и интервенциями на фондовом рынке, и санацией Связь-банка и банка "Глобэкс".

— Сколько осталось из $50 млрд, выделенных государством на рефинансирование внешних долгов российских компаний, и что вы с ними планируете делать?

— Ничего. Это тот лимит, который мог бы быть использован ВЭБом на эти цели. Эти средства по-прежнему находятся в золотовалютных резервах ЦБ РФ, они нигде не аккумулируется специально. На рефинансирование внешних долгов компаний мы потратили в общей сложности $10,58 млрд, выдав кредиты одному банку и девяти компаниям.

— ВЭБ критикуют из-за непрозрачности схемы отбора компаний-заемщиков. Насколько обоснованны эти упреки?

— Категорически не согласен. Мы приняли на наблюдательном совете специальный документ, в котором систематизировали критерии отбора заемщиков, с ним можно ознакомиться на сайте ВЭБа. Сами мы ни разу не сталкивались с какими-либо претензиями по поводу нарушения принципа равного отношения к заемщикам.

— Возможно, это связано с тем, что ВЭБ никогда не называл компании, получившие финансирование в рамках этой программы. Почему вы не раскрываете эту информацию?

— Мы оставили право обнародовать эту информацию за самими заемщиками. Между нами была достигнута неформальная договоренность на этот счет. Заемщики в тот момент вели переговоры с иностранными кредиторами, в ходе которых порой им было невыгодно признаваться в том, что они обратились за помощью к государству. На мой взгляд, правительство сделало все, чтобы оказать адекватную поддержку бизнесу. Но оно действовало не в режиме филантропической акции, а в рамках нормальных рыночных отношений. ВЭБ, выдавая кредиты, страховал свои риски, а стало быть, и риски государства. Поскольку средства выделялись нам из золотовалютных резервов ЦБ, мы брали в обеспечение ликвидные залоги. Кроме того, сам заемщик либо третье лицо обеспечили 25% софинансирования. Если эти параметры не соблюдались, кредит выдавался на меньший чем один год срок. Жизнь показала, что эта мера оказалась необходимой.

— Это правда, что вы вообще закрыли эту программу?

— По сути, с начала года мы остановились в приеме заявок. Потенциальные заемщики вправе обращаться в банк, тем более что 173-й закон (ФЗ "О дополнительных мерах по поддержке финансовой системы РФ".— "Ъ") остается в силе. Но все прекрасно понимают, что ВЭБ уже не является единственным источником получения ресурсов. Программа приостановлена главным образом потому, что мы видим расширяющиеся возможности рынка для реализации иных схем рефинансирования. Так, у коммерческих банков появилась большая валютная ликвидность: порядка $20 млрд находятся на беспроцентных счетах в ЦБ. Поэтому ряд крупных банков, таких как Сбербанк, Газпромбанк, ВТБ, стали рассматриваться заемщиками как альтернативные институты по рефинансированию внешнего долга. Другие компании сочли возможным идти по пути реструктуризации задолженности через диалог с западными кредиторами. И в этом мы видим весьма правильный сигнал рынку. Участники рынка и там, и здесь трезво смотрят на ситуацию. Они близки к осознанию того, что бизнес не может строиться исключительно на создании долговых пирамид и что бизнес заемщика должен быть понятен кредитору. Должна быть понятна финансовая модель и источники погашения задолженности в случае ее реструктуризации.

— Введение ВЭБом своих представителей в советы директоров компаний-заемщиков — действенная мера?

— Ключевые частные компании-заемщики обеспечили нам места в советах директоров: и "Русал", и "Норникель", и "Евраз", и ПИК. Но надо понимать, что участие в совете директоров в течение нескольких месяцев, конечно, не обеспечивает нас исчерпывающей информацией о деятельности компании. Скорее это достигается через участие в менеджменте, контролирующем стратегическое развитие, финансы, инвестиционную деятельность и т. д. Кстати, сейчас обсуждается возможность введения представителей кредиторов на руководящие должности в компании. Но, прямо скажем, далеко не все заемщики горят желанием допускать чужих в оперативное управление.

— Насколько велика вероятность того, что ряд залогов может перейти в собственность ВЭБа? Недавно премьер Владимир Путин довольно жестко заявил, что если компании не смогут рассчитаться с ВЭБом, залоги останутся у государства.

— У нас есть понимание того, что ряд заемщиков может оказаться не в состоянии вовремя рассчитаться по кредитам, предоставленным ВЭБом. Но мы исходим из того, что в данном случае госбанк выступает в качестве агента правительства. Я не хотел бы говорить о конкретных компаниях, но я вполне серьезно отношусь к словам председателя правительства, который к тому же возглавляет наблюдательный совет Внешэкономбанка.

— У вас и господина Путина уже есть кто-то на примете? Все заемщики платят проценты по кредитам?

— Пока все. Но ведь представители ВЭБа входят в органы корпоративного управления компаний, так что мы в состоянии спрогнозировать ситуацию на основании получаемой информации о денежных потоках, хозяйственной деятельности компаний, цен на продукцию и т. д. И мы видим, что ряд компаний может столкнуться с этой проблемой.

— ВЭБ поддерживает схему реструктуризации долга "Русала" на $4,5 млрд, предполагающую конвертацию долга в облигации, которые затем могут быть конвертированы в привилегированные акции?

— Если бы речь шла о коммерческом банке, тогда правильно было бы ставить вопрос об отношении банка к схемам реструктуризации. Мы же являемся банком государственным и выдали $4,5 млрд не по своей прихоти, а выполняя поручение государства. Государство в лице нашего наблюдательного совета согласовывало сроки, обеспечение, процентные ставки. Стало быть, государство и наблюдательный совет должны принимать решения, касающиеся дальнейшей судьбы этого кредита. Законом N 173 не предусмотрены иные схемы рефинансирования задолженности, кроме той, которая была уже реализована. Правда, в нем заложена возможность пролонгации кредита.

— ВЭБ в марте присоединился к двухмесячному stand still по долгам "Русала"? Наблюдательный совет ВЭБа одобрил это решение?

— Это не тема, относящаяся к компетенции органов управления ВЭБа, она лежит в области корпоративных отношений заемщика с иностранными кредиторами. Никаких специальных решений на уровне совета на этот счет у нас не принималось. Я бы вновь подчеркнул, что позиция, высказанная председателем правительства в Госдуме, дает весьма четкий сигнал рынку, как государство намерено действовать в отношении заемщиков.

— А что за конфликт у вас с другой структурой Олега Дерипаски — группой ГАЗ? На днях один из топ-менеджеров ГАЗа обвинил ВЭБ в "бюрократической инфантильности".

— Конфликта нет. Есть эмоциональные заявления представителей ГАЗа в расчете подтолкнуть нас к принятию решения по финансированию создания дизельного производства на Ярославском моторном заводе (реализует группа ГАЗ.— "Ъ"). Этот проект уже выносился на наблюдательный совет и в целом получил поддержку, но мы также получили рекомендации исходить из программы оздоровления ГАЗа и наличия экспертных заключений профильных ведомств. Оперируя государственными деньгами, мы вправе опираться не только на информацию, предоставляемую заемщиком, нам необходима и независимая экспертиза. И если выясняется, что 60% продукции завода продается вовне, а основные покупатели находятся в зоне повышенного риска — в Белоруссии и на Украине и отказываются от приобретения техники, естественно, у нас возникают вопросы, которые мы адресуем профильному министерству.

— Не видите опасности в усилении роли государства, которое через реализацию залогов может получить под свой контроль едва ли не всю российскую экономику?

— Я бы ответил вопросом на вопрос. Почему никто не задавал этот вопрос, когда компании в очередь выстраивались перед Белым домом и ВЭБом в надежде получить господдержку? Тогда роль государства никто не ставил под сомнение. Лично я в усилении роли государства в экономике не вижу ничего плохого, особенно с учетом опыта зарубежных стран. Там от частного сектора уже практически ничего не осталось. Для такого исключительно непростого и не имевшего аналогов за последние 50 лет состояния мировой экономики это совершенно нормальная ситуация. Ведь государство не заменяет собой бизнес. Ну хорошо, останется у него пакет акций, но это же не значит, что компания прекратит свое существование. Ничего тут страшного нет. Можно предусмотреть систему опционов на обратный выкуп акций.

— Сколько денег уже вернули вам заемщики? Не так давно появилась информация о $2 млрд.

— В апреле, думаю, выйдем на такую цифру. Это в основном госкомпании, аккумулировавшие достаточные ресурсы для досрочного погашения либо получившие дополнительные доходы после реструктуризации своих долгов.

— Среди досрочно погасивших кредиты была "Роснефть"?

— Да, я это подтверждаю.

— Возобновление этой программы планируется? Ведь осенью объем заявок в ее рамках составлял порядка $100 млрд.

— Нет. В этом нет необходимости.

— Правда ли, что с начала года ВЭБ свернул еще одну антикризисную программу — поддержки фондового рынка?

— Мы израсходовали порядка 168 млрд руб. из выделенных на эти цели 175 млрд руб. из фонда национального благосостояния (ФНБ) и в соответствии с решением Минфина в конце прошлого года прекратили работать с акциями. Но считаем возможным продолжить работу с облигациями.

— Каков механизм принятия решений об инвестировании ВЭБом средств ФНБ в бумаги того или иного эмитента?

— По согласованию с Минфином наблюдательный совет ВЭБа утвердил процедуру использования этих средств на фондовом рынке. В частности, был определен список инструментов — как правило, это долговые бумаги ВТБ, Сбербанка, "Роснефти", "Газпрома", ряда других надежных эмитентов. Среди них есть и частные компании, но я бы не хотел оглашать весь список.

— Что будете делать с портфелем акций? Будете держать до конца кризиса, а потом проведете частное размещение?

— Поскольку мы оперируем средствами государственного фонда, соответственно, государству и решать дальнейшую судьбу этого портфеля.

— В этом году ВЭБ будет еще выходить на рынок акций?

— Я считаю, что, пройдя период, не имевший аналогов по волатильности рынка, мы вошли в более или менее спокойную зону. Теперь решение за Минфином и правительством. Мы со своей стороны уверенно можем констатировать, что новая программа по управлению ФНБ состоялась. На начало марта мы показали доходность выше инфляции, что с учетом предыдущих показателей более чем позитивный результат. Сейчас работа на фондовом рынке должна рассматриваться уже не в контексте антикризисных мероприятий, а с точки зрения диверсификации вложений средств ФНБ. Это не значит, что мы на себя одеяло перетягиваем. Когда будет создана специализированная структура по управлению госфондами, мы готовы поделиться с ней наработанным опытом.

— Зачем ВЭБу понадобилось выпускать валютные облигации? Вы считаете, что рынку это по-прежнему нужно?

— Чтобы абсорбировать валютную массу у коммерческих банков и дать им возможность, приобретая эти облигации, использовать их в качестве залогового инструмента при получении рублевой ликвидности ЦБ. За счет полученных валютных средств мы компенсируем ЦБ золотовалютные ресурсы, выданные на программу рефинансирования. Мы сейчас выносим на рассмотрение наблюдательного совета вопрос об одобрении выпуска ВЭБом первого транша валютных облигаций на $1 млрд. Всего же мы рассчитываем привлечь с рынка порядка $5 млрд, хотя уверены, что емкость рынка гораздо больше.

— Программа выдачи ВЭБом субординированных кредитов банкам продолжится? В скорректированном бюджете-2009 на эти цели заложено 200 млрд руб.

— Нами уже выдано 257,1 млрд руб. на эти цели. Из них ВТБ получил 200 млрд руб., Россельхозбанк — 25 млрд руб., оставшиеся 32,1 млрд руб.— Альфа-банк, Номос-банк, Ханты-Мансийский банк и Газпромбанк. Всего же программой предусмотрено выделение 450 млрд. На ближайшее заседание совета в конце апреля мы выносим заявки еще девяти банков на получение субордов на общую сумму порядка 10 млрд руб.

— Речь идет о госбанках?

— Нет, это все частные банки. Кроме того, сейчас активно рассматривается вопрос о том, чтобы поднять планку участия государства в субордах. До сих пор государство через ВЭБ предоставляло банку не более 15% от размера его капитала при условии равного софинансирования акционерами либо самим банком. Теперь же ставится вопрос, чтобы ВЭБ в три-четыре раза увеличил размер субординированного кредита, не меняя при этом долю софинансирования. Правда, это приведет к тому, что оставшегося объема средств на суборды в 200 млрд руб. хватит на меньшее количество банков. Хотя лично я целиком и полностью поддерживаю планы государства сделать акцент на оказании содействия крупнейшим банкам. Именно в этих банках сконцентрирован наибольший объем вкладчиков, и от их состояния зависит устойчивость всей банковской системы. Одновременно это будет подталкивать частные банки к сделкам M&A, что является вполне здоровым механизмом капитализации банковской системы. Иметь более 1 тыс. банков на нашу страну, на мой взгляд, неразумно. Кроме того, мы согласовали с ключевыми министерствами дополнительные меры по повышению эффективности использования субордов. Мы настаиваем, чтобы после выделения ВЭБом средств ЦБ через своих комиссаров, направляемых в банки, которые пользуются господдержкой, занимался мониторингом их целевого использования в контексте кредитования реального сектора экономики.

— Сам ВЭБ из-за кризиса не перестал кредитовать реальный сектор экономики?

— Сейчас правительство решает вопрос о дополнительной капитализации ВЭБа на сумму 130 млрд руб., из них 100 млрд руб. пойдут на реализацию конкретных проектов. Ряд из них уже прошел апробацию на наблюдательном совете. Так, утвержден проект строительства крупного цементного предприятия в Ленинградской области, реализуемый группой ЛСР. Это связанный кредит в размере ?237 млн, выделенный группой китайских банков. В самые ближайшие дни будем рассматривать проектно-сметную документацию по целлюлозно-бумажному комбинату в Красноярском крае. Мы в состоянии получать длинные и сравнительно недорогие кредиты, а будучи банком, который не стремится получать сверхприбыли, обеспечиваем кредитование на уровне заметно ниже среднерыночного — 7-15,5% по рублям и 5,1-13% в долларах.

— Куда планируете направить оставшиеся 30 млрд руб.?

— На поддержку малого и среднего предпринимательства (МСП). Лишь при таком подходе можно обеспечить льготные по сравнению с рыночными условия кредитования субъектов этого сектора. В среднем портфель кредитов МСП, который сформировался за счет ресурса, выделяемого ВЭБом и Российским банком развития (РосБР), основан на кредитных ставках конечным заемщиком в размере 16%. Мы знаем, что сейчас рыночные кредиты выдаются по ставкам, иногда в два раза превышающим эту величину.

— В чем состоит новая схема кредитования МСП, о которой вы недавно докладывали президенту Дмитрию Медведеву?

— Если раньше РосБР брал в обеспечение права требования, то теперь он будет выдавать кредиты под новые, уже сформированные портфели кредитов МСП. А это значит, что региональные банки смогут сформировать новый портфель и заложить его РосБР, взяв новый кредит на профильную деятельность. Более того, мы ведем сейчас переговоры с ЦБ, чтобы Банк России либо теруправления принимали у региональных банков портфели кредитов МСП в обеспечение под рублевое финансирование под гарантию ВЭБа либо РосБР.

— Какова ситуация с оздоровлением проблемных банков, ставших дочерними банками ВЭБа?

— Благодаря своевременному вмешательству государства через ВЭБ удалось избежать банкротства двух банков из тридцатки крупнейших — Связь-банка и "Глобэкса" и предотвратить панику среди вкладчиков на рынке в целом. Если бы в тот момент рынок ощутил, что государство безучастно к судьбе таких банков, думаю, что возникла бы серьезная ситуация с ликвидностью и у других банков. До середины этого года мы вынесем на наблюдательный совет стройную концепцию реорганизации всей группы ВЭБа. Уже понятно, что "Глобэкс", баланс которого нам удалось полностью расчистить, будет развиваться как банк с акцентом на обслуживание крупной корпоративной клиентуры. Фактически это был своего рода эксперимент по созданию структуры по управлению "плохими" активами. Что касается Связь-банка, то он мог бы стать отраслевым банком и одновременно розничным институтом. Мы договорились с руководством "Связьинвеста" и профильным министерством о стратегическом партнерстве со структурами телекомов. ВЭБ берет на себя реализацию крупных отраслевых инвестпроектов, Связь-банк — обеспечение повседневной деятельности телекомов: расчетно-кассовое обслуживание, предоставление оборотного капитала, зарплатные схемы и т. д. Кроме того, большой потенциал содержится в историческом взаимодействии Связь-банка с "Почтой России".

— Значит, передавать Связь-банк в Агентство по страхованию вкладов (АСВ) не будете?

— В этом нет необходимости. Сейчас готовятся поправки к 175-му закону (ФЗ "О дополнительных мерах для укрепления стабильности банковской системы в период до 31 декабря 2011 года".— "Ъ"), в соответствии с которыми и Связь-банк, и "Глобэкс" становятся объектами деятельности АСВ. Но включение их в закон мы рассматриваем прежде всего с точки зрения нераспространения на них нормативов ЦБ, касающихся лимитов на одного заемщика, достаточности капитала и т. д. До сих пор ни "Глобэкс", ни Связь-банк, переданные на санацию в ВЭБ, под этот закон не подпадали.

— Насколько близок к реализации сценарий выкупа 40% акций "Ростелекома" у банка "КИТ Финанс" структурами ВЭБа?

— Эта тема обсуждается, окончательный вариант не принят, но мы являемся одним из активных участников переговорного процесса и считаем правильным сконцентрировать этот пакет в руках государства. Было бы логично, чтобы он управлялся некоей структурой, профильной для этого бизнеса.

— Обсуждается и выкуп госпакета в размере 75% минус одна акция "Связьинвеста". Как вы к этому относитесь?

— Это прерогатива владельца контрольного пакета, но если государство решит привлечь ВЭБ, мы будем готовы обсуждать все возможные варианты.

Назад

Электронный офис клиента в разработке

Закрыть
Написать письмо
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше имя
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваш e-mail
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше сообщение
Не заполнены следующие обязательные поля: CAPTCHA
Не заполнены следующие обязательные поля: Я соглашаюсь на обработку персональных данных
Ваше сообщение отправлено.
Оставить отзыв

Нам важно знать ваше мнение, чтобы сделать нашу работу еще лучше

Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше имя
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваша организация
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваш e-mail
Не заполнены следующие обязательные поля: Ваше сообщение
Не заполнены следующие обязательные поля: CAPTCHA
Не заполнены следующие обязательные поля: Я соглашаюсь на обработку персональных данных
Ваше сообщение отправлено.
Для повышения удобства работы с сайтом ВЭБ.РФ использует cookies (файлы с данными о посещении сайта). Продолжая пользоваться сайтом, Вы принимаете Условия обработки пользовательских данных посетителей сайта ВЭБ.РФ и выражаете свое согласие на сбор и обработку персональных данных о Вашей активности на сайте ВЭБ.РФ в соответствии с Политикой обработки персональных данных. Вы можете запретить использование cookies в настройках Вашего браузера.